Истина Дао. Даосизм для Запада

Если ученик обладает предпосылками, которые мы только что обсудили, далее он должен определить, что для него означает главная цель каждого даоса — благополучие. Только в том случае, если начинающий даос понимает, что влечет за собой благополучие, он сможет измерить свой прогресс в достижении цели. Благополучие не возникает волшебным образом в некой вспышке озарения. Оно обретается постепенно, шаг за шагом, на всем протяжении жизни. На этом пути неизбежны временные неудачи под влиянием внешних сил, не поддающихся контролю индивидуума. Но в общем и целом должен наблюдаться измеримый прогресс на пути к цели. Если на какой-то стадии прогресс прекращается и наступает стагнация, вы должны осознать необходимость кардинальных перемен.

Для типичного западного человека благополучие связано с ценностями, которые навязываются обществом через средства массовой информации, самое мощное из которых — телевидение. Преобладают тут самые простые и поверхностные образы: здоровье символизируют большие бицепсы и белые зубы, дружба — это приятели, собравшиеся сыграть в гольф или выпить пива. Олицетворение успеха — роскошное авто и большой дом… Вопреки известному рекламному слогану, в западном обществе имидж — это всё.

Даже любовь, самая могучая движущая сила человеческой души, низведена до пустой образности. В обществе, которое становится все более бесчувственным, любовь фальшива и лишена искренности. Декларируется почтение к старшим, но старики умирают в одиночестве, всеми заброшенные. Дружба объявляется высшей ценностью, но друзья человека пропадают, стоит к нему прийти беде. Все ходят в церковь (костел, молитвенный дом, синагогу), но молитва превратилась в пустой ритуал.

И над всеми этими внешними ценностями, выражающимися в примитивных образах, довлеют деньги.

На Западе популярна поговорка: «Деньги нужны для того, чтобы о них не думать». Но так ли это в действительности? Около сорока лет — лучших взрослых лет, когда человек уже вполне самостоятелен и еще вполне здоров, — он «вкалывает», чтобы заработать побольше. Но на что в основном тратятся эти трудные деньги? На «достойное» жилье, за которое «не стыдно перед знакомыми», на роскошные автомобили, которые должны производить впечатление на незнакомых, а также на учебу и модные вещи для детей, чтобы те были «не хуже» сверстников. И только если после этого еще остаются какие-то деньги, они откладываются «на старость», чтобы, выйдя на пенсию в 65 лет, человек смог наконец вкусить жизненных удовольствий.

Эту уродливую программу называют Американской Мечтой. Работай, как вол, до старости и лишь тогда начинай радоваться жизни. Но где гарантия, что вы вообще доживете до этой пенсии? И даже если вам повезет, много ли сил у вас останется на наслаждение жизнью? А печальнее всего то, что, десятилетиями подавляя в себе естественное желание расходовать деньги и радоваться текущему моменту, вы рискуете вконец задушить его. Какая горькая ирония: жертвуя ежедневными удовольствиями ради обетованного розового будущего, вы сами же и мешаете наступлению последнего! Этот порочный круг не является чем-то типично американским; он существовал и в Древнем Китае, как свидетельствует Чжуан-цзы:

И так все эти люди следуют рутине год за годом, погрязнув в собственных делах и не в силах вырваться. Они не расстаются со своими телесными желаниями и барахтаются в своих заботах, пока не умрут.

Мудрость Лао-цзы, 154–155

Мы видим, что западный рецепт благополучия содержит множество недостатков. Чем же отличается от него даосская модель благополучия? Каковы предписания Лао-цзы для индивидуума, стремящегося к благополучной жизни?

Они очень просты: «Живи сегодняшним днем», «Будь здесь и сейчас». Последний девиз используется во всех формах даосских практик, в том числе в медитации, целительстве и гунфу. Мы уже говорили о чань — особом ментальном состоянии концентрации на текущем моменте. Так вот, принцип чань в равной мере применим и к даосскому образу жизни.

К сожалению, «жить сегодняшним днем» невозможно, если вы верите в материалистическую философию Американской Мечты, цель которой — лишить человека повседневного благополучия. У этой философии есть весьма могучие союзники: иудео-христианские религиозные структуры, отстаивающие подавление естественных желаний личности ради некоей «большей человечности».