"Истинная правда". Языки средневекового правосудия

История Марион ла Друатюрьер и Марго де ла Барр, а особенно -трактовка образа последней Аломом Кашмаре, свидетельствует, что в конце XIV в. во Франции для передачи информации о ведовских процессах тема Б волшебной сказки являлась структурообразующей. Эта особенность, к сожалению, находит слабое отражение в современных работах по данной проблематике. Более позднее, негативное отношение к ведьме накладывает и на них свой отпечаток. Действительно, преобладание темы А в процессах XVI-XVII вв. являлось непосредственным следствием влияния «ученой» культуры на все слои общества. В ней доминировали такие мотивы как: угроза врага всему сообществу, страх перед этим врагом, необходимость сразиться с ним и победить - чтобы миропорядок был восстановлен. Именно эти мотивы

84

являлись основными «движущими силами» охоты на ведьм . Именно они вели к насильственному исключению этих последних из общества.

83 Гинзбург К. Ук. соч. С. 140-141.

84 Как «смешанный» вариант может быть рассмотрено более позднее (1391г.) дело Жанны де Бриг и Масет. Процесс начинается с доноса свекрови Масет, которая обвиняет невестку в «околдовывании» ее сына и, соответственно, мужа Масет. Т.о. Масет выступает здесь как «злая» ведьма, которую надлежит изобличить при помощи правосудия. Однако Жанна де Бриг сохраняет черты «доброй» ведьмы, т.к. ее роль заключается в помощи Масет, обратившейся к ней с просьбой вылечить мужа.

Однако в конце XIV в., как представляется, для превращения той или иной женщины в изгоя требовалось не только обвинение в колдовстве -учитывались и иные обстоятельства. Особенно хорошо это заметно на примере Марион: она представлялась судьям то сумасшедшей, то обезумевшей от (незаконной) любви, то проституткой. Любое из этих обвинений могло в равной степени сделать ее «нежелательным элементом» средневекового общества. Марго - в большей степени «ведьма» - была таковой еще далеко не для всех, даже в стенах суда. История двух закадычных подруг, окончивших свои дни на площади Свиного рынка, отразила, в интерпретации Алома Кашмаре, недолгую переходную ситуацию двойственного восприятия ведьм средневековым обществом.

«И я, которой никогда не суждено их увидеть, посылаю им свой прощальный привет!»

Г лава 6

Блудница и город

Где сила, мужество и мощь моя?

Бежали наши — их не удержать.

Их гонит эта женщина в доспехах.

В.Шекспир. Генрих VI

Процесс Марион ла Друатюрьер помог нам обратить внимание на одно важное обстоятельство: в уголовном праве конца XIV в. понятия «проститутка» и «ведьма» оказывались связаны теснейшим образом, причем второе обвинение часто основывалось на первом. Марион, подозреваемая в убийстве своего любовника, отказавшегося жениться на ней, была признана «женщиной с дурной репутацией», а затем объявлена колдуньей и послана на костер.

Попытка ответить на вопрос, насколько устойчивой для средневекового правосознания была связь между обвинениями в проституции и колдовстве, привела нас к другому - знаменитому - процессу, состоявшемуся в Руане в 1431 г. Процессу над Жанной д’Арк, в материалах которого также нашлись статьи, посвященные проституции. История, якобы произошедшая с Жанной, была очень похожа на обвинение, выдвинутое сорока годами раньше против Марион ла Друатюрьер. Напомню еще раз, как излагал дело прокурор трибунала Жан д’Эстиве:

«VIII. Также Жанна, когда ей было примерно 20 лет, по своему собственному желанию и без разрешения отца и матери, отправилась в город Нефшато в Лотарингии и на какое-то время нанялась на службу к содержательнице постоялого двора по имени La Rousse. Там постоянно собирались женщины дурного поведения, и останавливались солдаты. Жанна также жила там, иногда общалась с этими женщинами, иногда водила овец на пастбище и лошадей на водопой...

IX. Также Жанна, находясь там в услужении, привлекла к церковному суду города Туля некоего юношу, обещавшего на ней жениться. Для участия в процессе она несколько раз ездила в Туль... Этот юноша, поняв, с какими женщинами она знается, отказался взять ее в жены. Он умер, и это дело до сих пор не закрыто. А Жанна с досады оставила затем упомянутую службу»¹⁴⁴.

sciens earn conversatam esse cum dictis mulieribus, renuens earn desposare, decessit pendente processu. Ex quo dicta Iohanna, ex impaciencia, recessit a dicto servicio”.

To, что д’Эстиве вел речь именно о проституции, не вызывает никаких

сомнений. В тексте статей присутствовали, пожалуй, все необходимые

для подобного обвинения компоненты: постоялый двор, слишком часто

в средние века становящийся публичным домом; проживающие там

проститутки; их вечные клиенты - солдаты; репутация самой героини,

безвозвратно испорченная таким соседством . Даже прозвище хозяйки -

La Rousse (Рыжая) - свидетельствовало о том, что перед нами -

- з

женщина недостойного поведения, проще говоря, сводня .

Обвинение Жанны д’Арк в проституции уже становилось однажды

предметом специального рассмотрения. Пытаясь понять, почему оно

исчезло из окончательного приговора, американская исследовательница

Сьюзен Шибанофф отмечала, что оно никак не соответствовало