Источнику не нужно спрашивать пути

Спросил ученый мудреца, как Единичное сосуществует с Целым и чем отлично знание о Многом от знания о Полноте.

Мудрец сказал: «Становится разрозненное целым, когда свое находит средоточье и действует совместно. Лишь через средоточье Множество становится действительным и важным, и Полнота его тогда нам кажется простой, почти что малой, спокойною, на ближнее направленною силой, что остается внизу и близко к несущему.

Поэтому, чтоб Полноту постичь или поведать, мне нет нужды в отдельности все знать, говорить, иметь и делать.

Ибо кто хочет попасть в город, через одни ворота входит.

Кто в колокол ударит раз, одним лишь звуком будит многие другие.

Тому, кто с ветки яблоко сорвал, не нужно в суть вникать его происхождения.

Он просто держит его в руке и ест».

Ученый возразил: «Кто хочет истины, тот каждую подробность знать обязан».

Мудрец и это опроверг: «О старой истине известно очень много. Та истина, что путь прокладывает дальше, нова и требует отваги. Ибо исход ее, как дерево в ростке, в ней же самой сокрыт. И потому, кто действовать не смеет, желая больше знать, чем следующий позволяет шаг, тот упускает то, в чем сила. Он принимает монету за товар, а из деревьев делает дрова».

Ученый посчитал, что это только часть ответа, и попросил дальнейших объяснений.

Но мудрец лишь головою покачал, поскольку Полнота сначала что бочка, молодого полная вина: оно сладко и мутно. Дать нужно время ему перебродить, пока оно прозрачным станет. Кто станет пить, не ограничившись глотком на пробу, тот, опьянев, теряет равновесье.

(Перевод Ирины Беляковой)

Семейные расстановки и движения души

Предварительное замечание:

нижеприведенное интервью было записано в Вашингтоне. Вопросы задавал Харалъд Хонен.

— Я предлагаю дать несколько опорных слов и задать несколько вопросов. Я полагаю, многие связывают твое имя только с семейными расстановками и порядками любви. Это существенная часть твоей работы, но ты пошел в своей работе дальше, а именно к тому, что выявляет значение движений души. Я бы хотел поговорить с тобой об этом и задать вопросы о твоем опыте по этой теме, накопленном до настоящего времени.

Я сопровождаю тебя уже на протяжении некоторого времени. Насколько я помню, иногда ты проводишь расстановку только с двумя-тремя людьми, при этом ты ничего не говоришь им, так что заместители могут руководствоваться только своими внутренними движениями. Я вспоминаю о расстановке, которую ты делал для одного мужчины из Фрайбурга. Его жена лежала в коме и в коме родила ребенка. Похожую расстановку ты делал в Испании.