Историческая хроника Морского корпуса. 1701-1925 гг.

1-я (гардемаринская) рота воспитанников училища первые полтора месяца жила на барже, приписанной учебному судну «Варяг». Баржой командовал преподаватель астрономии, навигации и морской съемки капитан II ранга А.О. Пиленко, его помощником был Ю.М. Шокальский. Баржа обычно становилась на якорь близ острова Германшер на рейде Твермине в финских шхерах. Воспитанники выпускной роты проводили на ней береговые астрономические наблюдения при помощи секстантов, вели хронометрический журнал, мензульную съемку берега, островов и проводили контрольные промеры. Эти занятия были настолько профессионально и интересно организованы, что всегда увлекали гардемаринов, которые с огромным интересом и внимание относились к полученным учебным заданиям.

Вторую половину лета воспитанники 1-й роты плавали на деревянных паровых корветах «Аскольд» и «Варяг», имевших полное фрегатское вооружение (три мачты с реями).

Директор училища контр-адмирал Арсеньев в плавания никогда не ходил. Он лишь однажды посещал суда Учебного отряда – после окончания летней практики.

Учебным отрядом судов Морского училища за годы его существования командовало восемь контр-адмиралов: М.Н. Куманин, Л.Ф. Гадд, В.П. Верховский, П.П. Назимов, Ф.М. Геркен, Ф.А. Гире, К.Б. де Ливрон и В.П. Мессер. Все они являлись опытными заслуженными моряками. О летней морской практике, ее учебных судах и командующих Учебным отрядом воспитанники училища сложили песню:

На штагах подняты огни…Как ясно помним эти дни,Когда отряд наш здесь стоялИ добрый Гадд был адмирал.Теперь уж адмирал другой,Завел он новые порядки!Прощай, наш отдых и покой,А ведь с начальства взятки – гладки!

Насколько добрым и дружелюбным был командующий отрядом учебных судов училища контр-адмирал Л.Ф. Гадд, настолько строгим и требовательным оказался второй командующий, о котором упомянуто в песне. Этим адмиралом был В.П. Верховский.

В учебных плаваниях воспитанники не только учились практике морского дела, но и отдыхали душой. Им было предоставлено право по своему усмотрению разбиваться на четыре отделения, выбирать в каждом отделении старшину, ответственного за порядок и дисциплину в жилом помещении на судне, следившего за четким и неукоснительным выполнением нарядов на вахту и судовые работы. Сами воспитанники составляли команды шлюпок, выбирали «артельщика», отвечавшего за покупку провизии и качество питания кадетов. Обычно на судах кормили хорошо и сытно. Однако бывали единичные случаи, когда по приговору практикантов «артельщика» заменяли другим воспитанником. Плававший на учебном судне корпусной морской офицер, как правило, не вмешивался в кадетское самоуправление. Судовые офицеры относились к воспитанникам Морского училища доброжелательно, но уж когда ругали за те или иные проступки, не стеснялись в выражениях и «соленых» морских терминах.

За время морской практики кадеты физически развивались, крепли и вырабатывали выносливость ко всем видам нелегких работ на корабле.

Уже во время второго плавания воспитанники знакомились с работой корабельных паровых машин и механизмов и изучали современные артиллерийские корабельные орудия.

В 1882 году выпускная рота Морского училища, в составе которой был и гардемарин А.Н. Крылов, летом плавала на корвете «Боярин». К концу августа Учебный отряд пришел на Транзундский рейд. Предстоял царский смотр Александра III. Смотру должны были предшествовать морские маневры и стрельбы.

После маневров и посещения судов практической эскадры император в сопровождении адмиралов и свиты прибыл на флагманский корабль Учебного отряда, на котором держал свой брейд-вымпел начальник отряда капитан I ранга В.Н. Брылкин. Царь сердечно поблагодарил начальника отряда и его офицеров, сел на адмиральский катер и торжественно отчалил от борта.