Историческая хроника Морского корпуса. 1701-1925 гг.

Вступив в должность, новый директор прежде всего ориентировался на внешнюю, показную сторону работы учебного заведения. Он сразу же ввел в учебное расписание целый ряд обязательных внеклассных дополнительных предметов, в результате чего резко сократилось время, отведенное ранее для самостоятельной подготовки воспитанников. Кроме того, искусно изменив существовавшую в училище систему оценки знаний воспитанников и слушателей академии, Арсеньев без особого труда сумел добиться более высокого среднего балла успеваемости, за что удостоился высочайшей благодарности и награды.

Что же за человек был Дмитрий Сергеевич Арсеньев? Русский эмигрант, бывший контр-адмирал императорского флота Борис Петрович Дудоров в своей книге «Адмирал Непенин» приводит интересные сведения о годах учебы кадета Адриана Непенина в Морском училище под началом Д.С. Арсеньева.

Мальчиком Непенин с большим трудом воспринимал строгую корпусную дисциплину. К тому же в нем, несомненно, говорила кровь его далеких свободолюбивых предков, не мирившихся с подавлением личности и глубоко возмущавшихся всякой несправедливостью. Воспитанник открыто бунтовал против корпусного произвола, постоянно находился в оппозиции к начальству, за что его 7 раз собирались выгонять из училища.

Адриан часто жаловался отцу на несправедливость училищного начальства. Автор биографической повести об адмирале-мученике отмечал, что «…это не было лишь одним капризом балованного мальчика, если сопоставить его „бунтарство“ с атмосферой, которая действительно царила в стенах училища во времена директора адмирала Арсеньева.

Свиты Его Величества контр-адмирал Д.С. Арсеньев был типичным представителем „придворного“. В его глазах происхождение, положение в свете и на служебной лестнице отца и родственников кадета являлось высшей меркой его оценки. Главное внимание обращалось на светское воспитание. Хорошее знание французского языка было главной заслугой. Обладавшему этими данными многое легко сходило с рук. На лишенного же их нередко обрушивалась вся строгость директора. Можно было неважно учиться, но было совершенно недопустимо не иметь хороших манер.

При отличном подборе преподавателей – заслуга прекрасного инспектора классов П.П. Вальронда – офицерский состав воспитателей в значительном большинстве не соответствовал своему назначению, особенно в младших ротах. Главной причиной этого являлась сама организация воспитательного дела в годы правления контр-адмирала Арсеньева».

И действительно, в Морском училище, по примеру юнкерских военных учебных заведений, существовал тогда лишь институт «дежурных» ротных офицеров-воспитателей и ротных командиров, через их руки ежедневно проходили каждый раз новые контингенты воспитанников. При этом большинство офицеров-воспитателей из-за недостаточного денежного содержания вынуждены были дополнительно заниматься преподавательской работой, отвлекавшей их от основной профессиональной деятельности по индивидуальной работе с учащимися.

Один из современников вспоминал, что «…многие из этих дежурных офицеров-воспитателей поступали на службу в Морское училище не по призванию, а лишь из желания жить в Санкт-Петербурге, или, что еще хуже, из-за нелюбви к морю. Чуткая к фальши молодежь это быстро понимала и теряла к таким морским офицерам всякий интерес и уважение».

Зато с какой искренней любовью воспитанники училища относились к своим наставникам, офицерам кораблей практической учебной эскадры. Сколько полезной и важной информации кадеты получали от них за короткий период летних плаваний! Как правило, на учебных судах между воспитанниками и строевыми офицерами всегда завязывались добрые и доверительные отношения. В таких офицеров кадеты верили, уважали их, считая своими главными учителями морского дела. Дежурные же корпусные офицеры-воспитатели, являясь прежде всего основной дисциплинарной властью, чаще всего представлялись воспитанникам своего рода врагами, против коих они нередко боролись и даже периодически «бунтовали».

Кроме того, само собой подразумевалось, что дорожившие своей береговой службой офицеры-воспитатели всегда являлись послушным орудием в руках светского льва, коим являлся директор Морского училища Д.С. Арсеньев. Большинство из них всячески старались угодить ему и выполнить любые его распоряжения, даже если таковые противоречили главным мотивам и целям подготовки будущих офицеров флота.

Вспоминая много лет спустя о днях своего пребывания в стенах Морского училища, офицеры В.В. Яковлев и В.В. Романов также отмечали, что «адмирал Д.С. Арсеньев был светский, придворный человек и воспитанники, любившие и уважавшие большинство своих начальников, относились к нему с оттенком благодушной насмешки. Они сразу же дали ему весьма непочтительное прозвище». У мальчиков, мечтавших сделаться «морскими волками», не мог пользоваться престижем почти не плававший директор. Злая кадетская муза в довольно саркастической форме высказала общее мнение воспитанников о новом начальнике в своеобразной эпиграмме: