Вскоре честолюбивый завоеватель решил совершить свое первое нападение на Пенджаб. Это было решение, которое лишь окрепло ввиду невозможности содержать войско ограниченными ресурсами провинции Кабул. О походе он пишет: «Я был удивлен, узрев новый мир. Трава была другая, деревья – другие, дикие животные – других видов, птицы с другим оперением, нравы и обычаи кочевых племен – другие. Я был потрясен и поражен, да и действительно было чему удивляться».
Пройдя по Хайберскому проходу, Бабур внезапно напал на Кохат и Банну и дошел до Инда. Об афганцах он пишет: «Когда в войне доведены до крайности, они предстают перед своими врагами, держа в зубах траву, что должно означать „Я твой бык“».
Помимо скота, там нечего было грабить, и, продвигаясь по долине Гумаль, Бабур дошел до озера Аби-Истадайи-Газни, где его поразили огромные стаи фламинго и других птиц, которые прилетали на озеро. Затем он посетил Газни и возвратился в Кабул, не добыв ничего ценного; его люди и кони были измучены походом.
«Хазарейцы, – читаем мы, – до моего появления в Кабуле были виновны в многочисленных оскорблениях и грабежах, и поэтому я решил пойти на них войной». Эта карательная экспедиция, состоявшаяся посреди зимы, закончилась тем, что какая-то часть хазарейцев была перебита, а у Бабура случился сильнейший прострел в пояснице, и он возвратился в Кабул в паланкине.
Султан Хусейн – последний великий правитель из династии Ти-муридов – позвал Бабура помочь ему в войне с узбеками, но умер еще до начала военных действий против них. Брат Бабура Джахангир-мир-за, недовольный своим положением правителя Газни, бежал в этот момент в сторону Герата, и, заподозрив измену, Бабур последовал за ним и перехватил его в Среднеафганских горах, где тот выразил брату свое повиновение. Затем они отправились вместе в Герат, где их радушно встретили Бади аз-Заман, сын султана Хусейна, и его братья.
Вскоре Бабур понял, что эти изнеженные принцы, называемые мусульманскими писателями «мирзы», погрязли в роскоши и совершенно не годятся для войны с узбеками. Вот что он написал: «Мирзы были довольно приятной компанией, с ними можно было обсудить социальные проблемы, поболтать и повеселиться, но им были чужды такие понятия, как война, стратегия, экипировка, отвага в бою и неожиданной стычке».
События это подтвердили. Шейбани-хан пошел войной на Герат, который сдался при первом же взрыве. Вот что пишет мирза Хайдар: «Когда пришла весть о приближении Шейбани-бек-хана, началось всеобщее смятение, и все пришло в ужасный беспорядок. Мирза Зуннун повел нашу армию, чтобы дать ему отпор, но увидел, что уже слишком поздно перегораживать поток земляной дамбой или гасить пылающий огонь песком; сам он был убит при первом же натиске узбеков, которые тотчас ворвались и разграбили Герат. Мирзы бежали в разных направлениях». Так из-за трусости и полного упадка власти рухнула великая империя, основанная грозным Тимуром Хромым.
И хотя была середина зимы, Бабур решил возвратиться в Кабул через страну хазарейцев Хазараджат. Снег был глубоким, и этот край был безлюдным до такой степени, что он потерял дорогу. К счастью, беда была предотвращена своевременным обнаружением большой пещеры, но, как пишет Бабур: «Многие оморозили себе кисти рук и ступни». На войско также напали хазарейцы, но он взял в плен многих их вождей.
Пока Бабур разбирался с хазарейцами, до него дошли сведения, что моголы, которые остались в Кабуле, провозгласили хана Мирзу[28] поравителем и осадили крепость. Инициатором заговора был Мухаммед Хусейн – отец историка Мирзы Хайдара, и его сын пытается неуклюже оправдать его, утверждая, что «князья Герата должны были убить Бабура». Ничуть не встревоженный этой вестью, Бабур устроил так, что его приверженцы в крепости должны были подать ему сигнал костром в цитадели в ответ на костер, который он разожжет на условленной горе. Его авангард стремительно напал на осаждавших; хан Мирза спасся на этот раз, но был схвачен позже, а Мухаммеда Хусейна нашли спрятавшимся среди ковров. Однако Бабур милостиво решил простить заговорщиков, ведь все они были его близкими родственниками. Поистине, предательство было обычной практикой, особенно среди моголов.
В 1407 г. Бабур решил пограбить гильзаев – большое племя, которое кочевало на высокогорье вокруг Газни и к востоку до города Хоста. Он захватил тысячи овец и приказал воздвигнуть минарет из черепов побежденных как памятник своей удали. Однако он пощадил соседнее племя момандов и проследовал далее в Калат-и-Гильзаи, где собрал плату с купцов, шедших из Индии.