История Англии от Чосера до королевы Виктории

Кофейня тогда занимала место, предназначенное теперь клубу, но ее обычаи были проще и непринужденнее и туда легче допускались посторонние. В те дни, когда люди подчеркивали свое высокое общественное положение, кофейня способствовала сглаживанию социальных различий. В кофейне можно было увидеть обладателей синих лент и звезд, сидящих запросто рядом с простыми дворянами, как будто они оставили дома свою знатность и степени различия. Но и это было не все. В те времена, когда еще не было ни телеграмм, ни настоящей журналистики, всякие новости легче всего было узнать в кофейне. Кофейня «Виндзор» на Чаринг-кросс рекламировалась «как место, где имеется лучший шоколад по 12 пенсов за кварту и свежий номер «Гарлем курант», привезенный с последней почтой». В кофейне, особенно у Ллойда, искали не только общих, военных или политических новостей, но и новостей о торговых делах. Эдуард Ллойд, имя которого теперь постоянно на устах у людей, когда они говорят о тогдашнем торговом флоте, при своей жизни в царствование королевы Анны был всего-навсего содержателем кофейни на Ломбард-стрит. В его дом купцы приходили и за последними новостями, и для личной беседы, и за советом, необходимым для всяких сделок. В газетах тогда не печатался материал о торговле или торговых перевозках. Печатное слово наших дней заменялось тогда устным, и купцы получали эти устные сообщения у Ллойда. В конце царствования Анны Ллойд установил помост для аукционов и для чтения вслух торговых новостей.

Вражда «высокоцерковников» с приверженцами «низкой церкви» и диссидентами являлась главной темой политического и церковного гнева и красноречия. Однако, с другой стороны, время правления Вильгельма и Анны было периодом исключительной религиозной активности и возрождения, которое оставило несомненный отпечаток на жизни страны. Век, которому мы обязаны созданием благотворительных школ и Общества для распространения христианских знаний, был наполнен не только спорами «высокоцерковников». В этой полезной деятельности сторонники обеих партий иногда объединялись друг с другом и с диссидентами.

Религиозное возрождение началось в короткое и бурное царствование Якова II. Торийский памфлетист Девенант, живший в начале царствования Анны, вспоминая о том, как эти времена действовали на людские души, пишет:

«Меры, предпринимаемые королем Яковом II для изменения религии страны, возбуждали новое рвение в умах людей; они крепче держались за то, что они боялись потерять. Придворные готовы были скорее отказаться от своих должностей, чем причинить какой-нибудь ущерб англиканской церкви. Распущенность, имевшая место во флоте и армии, не поколебала наших моряков и солдат в их принципах. Они все держались стойко. Духовенство проявило готовность умереть вместе со своей паствой и обращалось со спорными местами богословия с грубоватой отвагой и замечательной ученостью. Церкви были везде переполнены, а перспектива гонения, хотя бы и весьма отдаленная, порождала благочестие». Симптомы этого морального и религиозного возрождения не исчезли полностью вместе с прекращением породившего их кризиса. Прежде всего был дан сильный толчок деятельности религиозных обществ, уже существующих внутри англиканской церкви. Эти «общества» представляли собой группы «серьезных молодых людей», которые собирались вместе, обычно под влиянием какого-нибудь деятельного священника, чтобы укрепить друг друга как в духовной, так и в практической жизни. Первоначальная идея Джона Уэсли много лет спустя состояла только в том, чтобы создать в церкви «общества», подобные тем, которые его отец как ревностный священник поддерживал и защищал во времена Вильгельма и Анны. Первоначальной целью таких групп было способствовать распространению христианского образа жизни среди отдельных лиц и семей, поощрять посещение церкви, семейные молитвы и изучение Библии. Но вскоре эта деятельность переросла в деятельность общественного характера. Отчасти она осуществлялась при соперничество с диссидентами, отчасти в сотрудничестве с ними.