История Англии от Чосера до королевы Виктории

Лондон был прежде всего городом контрастов. Порт и рынок, где происходил обмен английских и иностранных товаров, требовали не только большого количества чернорабочих, но и целой армии надсмотрщиков, клерков, лавочников и всевозможных посредников. Но Лондон был не только рынком. В Лондоне производились различные товары, перерабатывались полуфабрикаты, выделывались предметы роскоши, что требовало использования самых квалифицированных рабочих. Многие тысячи гугенотских мастеров по выделке шелка недавно обосновались в Спитлфилдсе, да и другие квалифицированные ремесла, существовавшие раньше только во Франции, теперь развивались в Лонгейкре и Сохо теми же беженцами, которые скоро превращались в англичан и уже поддерживали вигов, для того чтобы обеспечить и упрочить ту веротерпимость, которой они пользовались как кальвинисты. Лучшие английские ремесленники также концентрировались в Лондоне. В лучших мастерских Сити учениками были младшие сыновья сельских джентльменов, которые в свободное от работы время носили длинные парики и, вероятно, к концу жизни становились богаче своих старших братьев. Лондон являлся также центром литературной и прочей духовной жизни, моды, закона и управления. Поэтому в Лондоне наряду с самым грубым невежеством процветали мастерство и интеллект. Умы лондонцев развивались не только благодаря развитию национальной и мировой торговли, но и благодаря ежедневному соприкосновению с юристами и политиками Вестминстера и со знатью и светскими людьми Сент-Джеймсского дворца. В течение всего лондонского сезона [май-июнь] знатные люди Лондона жили в собственных особняках или пансионах к западу от Темпл Бар и в такой же мере являлись лондонцами, в какой являются английскими те ласточки, которые ежегодно возвращаются в Англию.

Город, в котором сосредоточивалось более одной десятой части всего населения Англии и добрая половина всех образованных людей страны, который был расположен настолько близко к Вестминстеру (где находилось правительство), что образовал с ним единую столицу, – такой город не мог не оказывать решающего влияния на весь ход английской истории в те времена, когда трудности передвижения еще изолировали двор и парламент от других городов и графств страны. Правда, Лондон никогда не стремился управлять Англией так, как Рим правил Италией или как Афины стремились управлять Грецией. Лондон принимал правительство Англии, в форме монархии или парламента, до тех пор, пока правители оставались в Вестминстере и не затрагивали старинных муниципальных привилегий и пока они вели религиозные и иностранные дела в согласии с принципами, популярными в Лондоне. Политическая структура, созданная теми королями и королевами, которые пользовались благосклонностью Лондона – Генрихом VIII, Елизаветой, Вильгельмом III и Анной, – пережила их самих, а порядок, установленный теми, кто ссорился с Лондоном – Марией Тюдор, обоими Карлами, обоими Яковами и протектором (хотя Оливер Кромвель и Карл II своим приходом к власти были обязаны главным образом поддержке Лондона), – был недолговечным.

Лондонский Тауэр, который должен был держать горожан в благоговейном страхе, был построен Вильгельмом Завоевателем около Сити, в стороне от Вестминстера. Отчасти поэтому он недолго держал их в страхе. При Стюартах он уже не мог из-за своего изолированного положения служить Вестминстеру и Уайт холлу защитой от оскорблений со стороны лондонской толпы. При Анне Тауэр использовался в качестве главного арсенала, из которого грузились на корабли пушки и порох для заморских войн. Кроме того, в нем находился Монетный двор, в котором чеканились деньги королевства. Во главе Монетного двора стоялНьютон. Наружные стены Тауэра окружала сеть улиц, населенных чиновниками этих двух учреждений. При случае Тауэр служил еще и государственной тюрьмой. Однако он имел и более отрадное назначение, так как был зоологическим садом и музеем столицы. Посетителям показывали коронные драгоценности и недавно законченную оружейную палату, в которой были выстроены в боевом порядке фигуры ряда английских королей. Львы и другие дикие животные содержались здесь еще с тех пор, когда Тауэр был любимой резиденцией средневековых королей; их коллекция пополнялась за счет подарков, сделанных королеве Анне монархами североафриканской «Берберии», с которыми английские купцы вели торговлю, а английские военные – завоеватели Гибралтара – заключили союзные договоры против Франции и Испании.