История Библии. Где и как появились библейские тексты, зачем они были написаны и какую сыграли роль в мировой истории и культуре

Протестантам от этого было неуютно, и, несомненно, не в последнюю очередь поэтому они решили, что Вторую книгу Маккавейскую, равно как и остальные так называемые апокрифические книги, не следует считать подлинно священными. Возможно, равно тем же отчасти руководствовались католики на Тридентском Соборе, когда решили сохранить эти книги как часть Церковной Библии, последовав примеру Августина и отвергнув идею Иеронима, предпочитавшего иудейский канон (см. главу 9). Собор вынес решение по канону в 1546 году, впервые прояснив, что «второканонические» книги должны восприниматься наравне с остальным Ветхим Заветом; отношение к ним как к апокрифам – то, которое разделял Лютер, – признавалось неверным. Впрочем, Лютер все же считал, что эти книги достойны прочтения, а вот кальвинисты их отвергали совершенно. В Англии, где в 1571 году приняли 39 Статей вероисповедания (Thirty-Nine Articles of Religion) с явно лютеранскими положениями, эти книги сочли поучительными, но решили, что их нельзя использовать в догматических спорах, стремясь «доказать» какой-нибудь пункт доктрины. И их читали в Церкви точно так же, как и другие книги Ветхого Завета.

Библии

Несмотря на все противоречия среди христиан, иудеи понимали Библию по-прежнему – а о том, как именно они ее понимали, мы говорили в двух предыдущих главах. Великих толкователей, подобных Раши или ибн Эзре, больше не появлялось. Но изучать Библию многим иудеям, как, впрочем, и христианам, стало гораздо легче: появилось книгопечатание. Главным его центром стала Северная Италия [21]. Уже в 1477 году станок в Болонье выпустил текст Псалтири с комментариями Кимхи, а вслед за ним, в 1482 году, появилось Пятикнижие. Больше всего еврейских книг выпускали станки в Сончино близ Мантуи; ими владели евреи из южных областей Германии, в 1485–1486 годах издавшие свод пророческих книг, а следом за ним, в 1488 году – полную Еврейскую Библию. Именно по Еврейской Библии, выпущенной на станке из Сончино, Лютер переводил на немецкий язык Ветхий Завет.

Комплютенская Полиглотта: в верхней левой колонке – Септуагинта с подстрочным латинским переводом, справа – текст на иврите, в центре – Вульгата. В нижней левой колонке – арамейский таргум; справа – перевод на латинский

В 1517 году в Венеции опубликовали Библию Бомберга, в которой не просто приводился еврейский текст: вокруг него распределялись комментарии раввинов – это была так называемая раввинская Библия. Даниэль Бомберг (1483–1579) был первопечатником из Фландрии и исповедовал христианскую веру, но его Библией могли пользоваться и евреи, и подрастающее поколение христианских гебраистов. Последние долгое время пребывали в тени: их подозревали в сочувствии к иудеям. Особенно резких обвинений такого плана удостоился Иоганн Рейхлин (1455–1522), профессор права, в 1506 году опубликовавший первую еврейскую грамматику для христиан, желавших изучать иврит. Сам Рейхлин называл себя первым христианином на Западе, изучившим иврит. Да, Николай де Лира, Герберт де Босхем и другие тоже знали иврит в какой-то мере, но, возможно, притязания Рейхлина возникли не на пустом месте: во владении языком он превосходил предшественников. Кроме того, он способствовал изучению иврита, призывая правителей устраивать кафедры еврейского языка в университетах Европы. После Рейхлина этим занятиям содействовал Себастиан Мюнстер из Базеля (1488–1522), в 1527 году даже издавший грамматику арамейского. Кроме того, Мюнстер перевел грамматические труды Элии Левита (1469–1549), немецкого еврея, работавшего в Италии, чья грамматика иврита появилась в Риме в 1508 году. Христианские гебраисты иногда отклонялись от изучения библейских книг и читали иудейские таинственные тексты, принадлежавшие к традиции каббалы, мистической стороны иудаизма, к которой иудеи-ортодоксы часто относились скептически; впрочем, и Еврейскую Библию христиане изучали в достаточной мере, чтобы вести с иудейскими учеными плодотворный диалог, хотя последним и приходилось быть осторожными и избегать любых подозрений в том, будто они стремятся обратить своих христианских собеседников в иудейскую веру.