История человеческой глупости

Каким бы пьяным ни был Толди от вина и любви, он ни в коем случае не мог принять нарисованного или вышитого на ковре льва за скульптуру, на которую можно запрыгнуть. И та женщина тоже не могла предполагать, что он поведет себя так глупо. А если даже и можно было бы себе это представить, кто бы мог подумать, что, прыгая вверх, на льва, он не удержится и вылетит в окно. Нет никаких сомнений, что речь тут идет о старинном виде спорта — прыжках на стену. Толди разбежался и "сделал два прыжка", т.е. двумя длинными шагами он пытался добраться до высоты льва; но за львом стены не оказалось, там было открытое окно. И Толди с размаху вылетел на улицу.

Как я уже сказал, о настоящем чудаке нельзя сказать как о человеке с "заскоком", что он, собственно говоря, "вообще-то вполне нормальный человек". Насчет нормальности у него не все в порядке. Я уже рассказывал о любви Свифта к порядку. Но то, что у него было просто "заскоком", у настоящего чудака превращается в образ жизни, ставящий его жизнь в раз и навсегда созданные рамки, делающие его машиной. Прекрасный пример этому — случай со старым Нобсом.

Этот старина Нобс жил в XVIII веке. Он провел свою жизнь в небольшом городке в графстве Кент и все время жил, как заведенные часы. Одержимая страсть к порядку наиболее ярко проявлялась в его прогулках. Каждый божий день в одно и то же время он поднимался на холм, где был трактир, там выпивал бутылку пива и спускался вниз. Этот путь он проделал сорок тысяч раз, что вполне реально, ибо окаянный старик при помощи своего моциона прожил 96 лет. Он точно знал, сколько шагов ему надо сделать, чтобы подняться на холм и спуститься с него, знал все ямочки и бугорки на дороге. Он мог бы проделать весь путь с закрытыми глазами и, так как знал, где лежит даже небольшой камешек на дороге, заранее поднимал повыше ногу, чтобы перешагнуть через него. Если погода портилась и он не мог выйти из дома, тогда Нобс поднимался на холм в квартире. Ходя из комнаты в комнату, он делал необходимое количество шагов, пока не добирался до воображаемого трактира; тогда он выпивал свое пиво, отдыхал и возвращался назад. Сохранял верность и другим привычкам. Будучи шутником, он и шутки свои окружил рамками порядка. Когда он проходил мимо портняжной мастерской, то обязательно кричал в окно: "Снять нагар со свечей!" У коровника он кричал дояркам: "Засучить рукава!" На расположенной по пути ферме он дружелюбно взмахивал палкой на собак. Уже давно стали взрослыми девушки-доярки, родились внуки у портных, а упрямый старик не менял своих привычек. И даже "гуляя" дома, он не забывал о них. Насчитав столько шагов, сколько их было до портняжной мастерской, он восклицал: "Снять нагар со свечей!" Перед воображаемым коровником он весело выкрикивал:

"Засучить рукава!" А перед воображаемой собачьей конурой он взмахивал палкой, пугая собак. На воображаемом поле он вдыхал полной грудью аромат сена, а с придуманных им самим вершин холмов любовался открывающимся видом. В одном месте дорогу пересекал забор, дома его заменяли два сдвинутых стула, и в нужный момент он перебирался через это искусственное препятствие. А вообще-то старого чудака любил и уважал весь город, потому что он был добрым человеком, всегда жертвовал деньги на благотворительные цели, а те, кто обращался к нему с просьбой о помощи, с пустыми руками не уходили.

Вот вам и настоящий, нормальный чудак.

Так как я не специалист в исследовании психики, я без всякой системы делал свои заметки о чудаках, о которых узнавал во время чтения. Когда, однако, мне в руки попала книга профессора Хейзинги об играющем человеке[246], сразу понятной стала психология чудака, и мои чудаки сами разобрались по порядку, как футболисты по свистку судьи.

Ведь эти люди только и делают, что играют!

А что такое игра, по мнению Хейзинги?

"Свободно выбранная деятельность, которая выходит за рамки нормальной повседневной жизни и полностью захватывает играющего. С нею не связан никакой материальный интерес. Она проходит в определенном месте, в определенное время и по определенным правилам".

Главная пружина игры — соревнование. По-гречески: agon. Оно проходит через всю человеческую жизнь, ее перипетии. Человек борется за место среди первых, используя для этого свои знания, ловкость, богатства, происхождение и даже фантазию. Он борется, применяя физическую силу, оружие, голый кулак, разум, кости азартных игр, демонстрацию богатства, кичливость, хвастовство, даже унижение других. Он хочет выиграть. Игрок борется за сам успех; он хочет продемонстрировать, что он отличается от остальных. Выиграв, он вызывает изумление и наслаждается похвалой. А если его жизнь подходит к концу, он борется и в этот период; начинается агония: борьба со смертью.