История евреев с древнейших времен по шестидневную войну

Естественно поэтому, что в его интересах было защищать евреев и поощрять их деятельность. В его сундуки попадала такая часть их доходов, что он являлся в некотором смысле главным ростовщиком королевства. Евреи представляли собой как бы губку, вбиравшую в себя плавающий поверху капитал королевства. Когда казна бывала пуста, достаточно было выжать в нее губку. Лишь близорукий правитель (а таких тоже было немало) мог простить проценты с долга или даже весь долг при условии, что определенная сумма будет уплачена в казну. Это автоматически вызвало бы повышение ростовщического процента. Но и кроме того, это было неразумно с точки зрения финансовой, ибо несколько лет скрытого партнерства могли дать казне больше, нежели конфискация. Тем временем простой народ с завистью следил за тем, как евреи быстро накапливали капитал, как деньги, когда-то принадлежавшие ему, нескончаемым потоком текли через еврейские сундуки в королевскую казну. Он видел, что благодаря этому могущество короля растет, не взирая на конституционные ограничения. Ненависть простого люда росла, пока он не обрушивал ее под тем или иным предлогом на еврейский квартал, и тогда в летопись еврейского мученичества вписывалась еще одна мрачная страница.

4. Латеранский собор 1179 года глубоко повлиял на жизнь евреев и в других отношениях. На нем достигла максимума атака на аль-бигойство, еретическое движение, широко распространившееся на юге Франции и угрожавшее господству католической церкви. Последняя, весьма встревоженная этим движением, подозревала евреев в причастности к нему. На Лютеранском соборе католики выступили против любых форм расхождений. Это вызвало возрождение всех старых антиеврейских законов, принятых в начале христианского владычества, но почти не применявшихся в течение последних семи столетий. Евреям категорически запрещалось иметь у себя в услужении христиан; христианам запрещалось работать на евреев даже в качестве нянек или повивальных бабок. Им запрещалось также жить среди евреев; это положило основание системе гетто.

Четвертый Латеранский собор 1215 года, работой которого руководил величайший папа средневековья Иннокентий III, пошел еще дальше. Впервые в христианском мире были введены правила, установленные некоторыми мусульманскими правителями, согласно которым все иноверцы должны были носить особые знаки. На практике такой знак представлял из себя кусок желтой или малиновой ткани - в Англии в виде двух скрижалей с десятью заповедями, во Франции, в Германии и других странах - в форме круга. В некоторых странах, где простой значок был сочтен недостаточным, евреям было предписано также ношение шляпы установленного цвета. Целью всех этих предписаний было навечно заклеймить евреев как народ париев, отметить каждого еврея как объект для постоянных насмешек, а всю общину - как объект для нападения и резни при любой вспышке недовольства масс.

Не следует думать, что все церковные постановления немедленно и последовательно претворялись в жизнь даже в тех местах, которые подчинялись церкви в светских делах. Вместе с тем эти правила являли собой норму поведения, которую всегда можно было принять, когда этого требовали обстоятельства. В любой критический момент, когда церкви угрожала новая ересь или когда на престол св. Петра избирался особенно ревностный папа, все репрессивные законы обновлялись и начинали применяться, принося несчастье десяткам тысяч еврейских семей.

Реакция давила на евреев не только в политической и экономической сфере. Нападки затрагивали также духовные идеалы и литературу евреев. Доминиканский орден, созданный для борьбы с ересью, когда отпала угроза альбигойства, обратил свою деятельность против евреев и не упускал случая задеть их. Время от времени доминиканцы организовывали "диспуты", на которых какой-нибудь ревностный, но не обязательно сведущий вероотступник пытался продемонстрировать, с одной стороны, бессмысленность Талмуда, а с другой свою верность христианству. Всякая возможность честного спора отпадала ввиду того, что истинность христианства не могла подвергнуться сомнению. Поэтому защитники иудаизма не могли ответить на нападки, так как любой серьезный ответ с их стороны считался бы святотатством. Таким образом результаты этих "диспутов" были почти неизменно неблагоприятны для евреев и приводили к нападкам на их религиозную литературу.