История евреев с древнейших времен по шестидневную войну

Затем наступила передышка, во время которой евреи Австрии, получившие еще в 1244 году гарантии прав и безопасности, достигли относительного процветания. Как обычно, оно сопровождалось возрождением интеллектуальной деятельности и появлением некоторых крупных ученых. Передышка закончилась новой вспышкой религиозных страстей, вызванной возникновением в Чехии гуситского движения, этим предшественником протестантизма, который появился на арене лишь спустя сто лет. Гуситы никоим образом не проявляли никакой симпатии к евреям. Тем не менее, евреи были заподозрены в причастности к гуситскому движению и много пострадали от этого. Каждый поход за дело "истинной веры", как раньше крестовые походы, начинался нападением на еврейские кварталы, и погромы следовали один за другим. В 1420 году ложное обвинение в ритуальном убийстве привело к уничтожению венской общины. Эта трагедия сохранилась в памяти евреев как "Венская гзера" (гзера - на ирвите "жестокий, несправедливый декрет").

Еще некоторое время положение оставалось ненадежным. Вселенский собор католической церкви, состоявшийся в Базеле в 1431-33 годах, желая выправить шаткое положение церковных дел, торжественно подтвердил все старые антиеврейские законы. Вскоре красноречивый и фанатичный францисканский монах по имени Иоанн из Капистрано был послан проверить, как выполняются решения собора. Повсюду на его пути от Сицилии до Германии происходили антиеврейские эксцессы. В Вреслау в 1453 году он лично возглавил издевательский суд по поводу сфальсифицированного осквернения святого причастия. Перед домом, в котором он остановился в Зальцринге, был заживо сожжен 41 человек. Всех остальных евреев ограбили и изгнали из города, отняв у них детей до семилетнего возраста, чтобы воспитать .их в христианской вере. Этому примеру последовали во всей провинции. Сопровождаемый погромами, ауто-да-фе и убийствами, папский эмиссар отправился в Польшу.

В ошеломляющей сумятице погромов и изгнаний, происходивших по всей Германии вплоть до конца средневековья и даже позже, нелегко разобраться. Насилие клало конец существованию старых общин. Кульминацией этого процесса явилось изгнание в 1519 году древней еврейской общины Ратисбона. В стране остались лишь разбросанные изолированные кучки евреев. Более или менее крупные группы сохранились вдоль восточных границ империи, на землях со смешанным немецко-славянским населением. Однако в самой Германии ни одно еврейское поселение не смогло просуществовать непрерывно до нового времени. Исключение составляют лишь общины Вормса и особенно Франкфурта-на-Майне, этой родины немецкого еврейства, сыгравшего затем столь важную роль в истории этой страны и всего мира.

XXI. ВЕРШИНА ТРАГЕДИИ

1. За Пиренеями социальный и экономический упадок евреев не был таким полным, как в других частях Европы. Культурная деятельность продолжалась без помех. Отдельные лица достигли высоких постов в финансовой администрации и иногда играли заметную роль при дворе. Несмотря на отдельные местные эксцессы, жизнь и собственность евреев были, в общем, в безопасности. В одной Кастилии было не менее трехсот общин. В остальных королевствах: Арагоне, Португалии, Наварре - процент евреев тоже был высоким. Правда, как и повсюду, евреи тут считались "рабами королевского двора", но иго рабства не было уж слишком тяжелым.

Особенно благосклонно относился к евреям король Кастилии Педро, прозванный врагами "Жестоким". При его правлении (1350- 1369) общины страны достигли такого влияния, какого они не имели со времен Реконкисты. Самуил Абулафия поднялся до поста главного казначея королевства, и построенная им в Толедо синагога, сохранившаяся до сих пор, свидетельствует о его положении, богатстве и вкусе. Когда между Педро и его сводным братом, незаконнорожденным Генрихом из Трастамары вспыхнула борьба за престол, евреи всеми силами поддержали Педро, В ходе гражданской войны разнузданные отряды Генриха и его французские союзники разграбили много еврейских общин. Когда, наконец, Педро был свергнут, евреи пострадали за свою верность ему. К фанатизму церкви и предрассудкам толпы добавилась мстительность правителя. Новый король не скрывал своих чувств. Впервые в истории Испании стала более или менее последовательно проводиться церковная политика репрессий, вплоть до ношения еврейского знака позора.

В течение нескольких последующих десятилетий антипатия к евреям продолжала расти, особенно в Севилье.