История Франции. От Карла Великого до Жанны д'Арк

Победа Филиппа на время покорила Фландрию и сделала эту и без того стратегически важную территорию еще важней. Самая западная часть Фландрии (в которой произошло сражение при Касселе) называлась Артуа, и много лет некто Бове утверждал, что был ее графом и называл себя Робером Артуа, хотя он и не обладал этим титулом в действительности и не имел ничего общего с Робером Артуа, который погиб при Куртре.

Графство было теперь в руках Юда IV — герцога Бургундии, на основании прав его жены Жанны, старшей дочери Филиппа V. Казус Робера заключался в том, что хотя он был более дальним наследником, чем Жанна, но наследовал по мужской линии, а потому должен был иметь приоритет перед женщиной. Задолго до сражения при Касселе Филипп V вынес решение в пользу своего зятя, и Робер в ярости поднял оружие на своего короля, однако был вынужден сдаться в 1319 году.

Тогда он женился на дочери Карла Валуа. Он стал ярым приверженцем Филиппа Валуа и активно боролся за признание Филиппа королем. Робер рассуждал, что теперь именно он, а не герцог Бургундский близко связан браком с королевской фамилией. К тому же Филипп VI получил свой титул, поставив наследование по мужской линии, а не женской, и теперь был обязан придерживаться прецедента. Конечно, Робер теперь стал бы графом. После победы Филиппа VI при Касселе провинция Артуа была полностью умиротворена, и Робер добился своего.

Филипп рассмотрел вопрос, но независимо от того, каковы были его личные симпатии, Юд Бургундский все еще оставался сильнее Робера Артуа, и было более благоразумно подтвердить права прежнего сеньора. Робер, озадаченный и озлобленный, решил, что если он не мог получить свое графство, то мог отомстить, и в 1334 году он отправился в Англию, думая лишь о мести.

Эдуард III был чем-то схож с Ричардом Львиное Сердце. Эдуард был рыцарем, который готовился к свершению великих подвигов. Именно он объявил святого Георга покровителем Англии.

Кроме того, он именовал себя Эдуардом Плантагенетом, так как доводился прапраправнуком Генриху II, сыну Жоффруа Плантагенета. Это было явной попыткой возвратить великие дни Анжуйской империи.

Естественно, такой монарх подставил ухо коварным искушениям преисполненного ненавистью Робера Артуа^[71]. Робер указал на то, что Филипп VI, отказав Роберу в графстве Артуа, косвенным образом восстановил право женского наследования. В этом случае не стоило ли Эдуарду пересмотреть законность правления Филиппа и возобновить свои претензии на престол?

Аргумент был дурным, ибо не было малейшего намека на расширение рамок этого закона на всех землевладельцев.

И все же, плохи или хороши были эти доводы, они понравились королю, который жаждал славы, и он оказал огромное влияние на общественное мнение доверчивых англичан, искренне убежденных в том, что в случае войны правда будет на их стороне.

Поражение на море

Англия и Франция начали приготовления к войне. Каждая сторона применила отвлекающий маневр. Франция спонсировала шотландцев и поощряла их совершать набеги и вторжения через северную английскую границу, в то время как англичане прилагали все усилия, чтобы поддержать сопротивление во фламандских городах.

Так началось то, что сегодня принято называть «холодной войной» во Фландрии. Французы арестовали английских торговцев, в то время как Эдуард III наложил эмбарго на экспорт шерсти.

Все же на активные военные действия англичане не решались. Одной из причин было то, что Эдуард мало что мог сделать, а Франция могла позволить себе ждать, пока Эдуард остынет. В случае необходимости французские войска могли напасть на Гиень, отвлекая Англию от прочих политических амбиций. Что касается Британских островов, Филипп и не собирался вторгаться в Англию. Шотландцы могли сделать это за него.

Для Эдуарда ожидание было равносильно отказу от претензий, но он пока не знал, как ему поступить. Он должен был убедить себя в своих военных способностях (а он в действительности оказался прекрасным тактиком). Но военное искусство — это нечто большее, чем просто сражения, а король был слабым стратегом. Поэтому Эдуард сомневался.

Однако фламандские города начинали выходить из-под контроля. «Холодная война» затрагивала их благосостояние, и они требовали решительных действий. Богатый торговец из Гента Якоб ван Артевельде взял на себя инициативу и стал сколачивать лигу фламандских городов, которые должны были единым фронтом выступить против Филиппа VI и Людовика Неверского, графа Фландрии. Чтобы сделать такой союз успешным, они должны были получить поддержку от Англии, таким образом фламандские эмиссары начали присоединять свои голоса к голосу Робера Артуа и убеждать Эдуарда объявить себя королем Франции.

Филипп, надеясь на нерешительность Эдуарда, обострил конфликт, начав вторжение в Гиень в мае 1337 года. Пробил час для Эдуарда. Он был должен либо сражаться, либо признать поражение. В октябре 1337 года Эдуард III официально объявил себя законным королем Франции.