История германского фашизма

Таким образом, все провинции, вплоть до самых маленьких, получили вместо одной две главы. Несмотря на свое звучное название, наместники — и в этом, собственно говоря, единственное оправдание их существования — являются партийными фогтами, поставленными над государством. Совершенно сознательно наместниками были повсюду назначены руководители окружных организаций национал-социалистской партии. Они обеспечивают решающее влияние партийной бюрократии на государство и, несмотря на свой высокий сан, представляют собой параллельные правительства самого дезорганизаторского характера. В небольших провинциях они выполняют ту же роль, что и государственные советники в прусских провинциях. Они заботятся о том, чтобы господство партии сохранялось во всей его чистоте и неприкосновенности и не растворялось в надпартийной государственной жизни.

Независимо от того, пользуется ли наибольшим влиянием наместник, как в Баварии, или влияние благодаря удельному весу хозяйства и государственных дел сосредоточивается в руках бургомистра, как в Гамбурге, — повсюду с течением времени выступают на первый план частные интересы провинций. Когда гессенский министр-президент Вернер в своей вступительной речи перед ландтагом распространялся насчет своеобразия гессенцев, когда саксонский министр-президент фон Киллингер в тот же день требовал, чтобы Саксонии было оказано предпочтение при распределении имперских налогов, когда тюрингский наместник Заукель со всей силой выступал против раздела между соседями этой в значительной мере искусственно образованной провинции, — то во всех этих случаях на гербе со свастикой лишь проступали старые краски федералистского упрямства. Когда Тюрингия заявляет об одновременной постройке в своей столице Веймаре трех правительственных дворцов: один дворец для наместника, другой — для правительства и третий — для окружного руководства национал-социалистской партии — эта растрата денег прикрывается, конечно, флагом «создания работ», который служит одновременно прикрытием для всякого бесчинства. Однако подлинной задачей является здесь подведение бетонного фундамента под тюрингскую государственность.

Наконец. и в такой провинции, как Бавария, оживилось стремление к собственной государственности. Баварский министр-президент Зиберт самым лучшим образом определил своеобразную роль имперского наместника, заявив 12 апреля, во время своего вступления в должность, что господин фон Эпп на своем высоком посту всегда будет защищать интересы Баварии. Слова о баварских интересах, этот классический боевой клич в борьбе против Пруссии, таким образом не только пережили национал-социалистскую революцию, но и были восприняты ею и теперь из национал-социалистских уст доносятся до Берлина.

Разумеется, национал-социализм считает, что он располагает средством, которое лишает эту борьбу ее политического значения. Средство это заключается в принципиальном отделении идеи государственной власти от всех хозяйственных примесей. Пусть отдельные области защищают свои интересы — чудо государственности постепенно приведет к их исчезновению. Стремления Гитлера противоположны тому, что делает Геринг. Гитлер не присутствовал поэтому на торжественном открытии прусского государственного совета. Когда вождь партии на нюрнбергском партийном съезде заявил, что задачей национал-социализма является не сохранение, а ликвидация провинций, прусский министр-президент прекрасно понимал, на кого именно намекает Гитлер.

Централизм в настоящее время является наиболее сильным направлением в национал-социалистском движении и пытается это доказать на деле. Однако самосознание провинций еще далеко не исчезло. Разумеется, оно приведено к молчанию и, быть может, надолго, однако, как и церковь, оно переживет многих. После баварского переворота принц Рупрехт, чтобы избавиться от участия в дискуссии, а возможно, и от неприятностей, направился в путешествие в Грецию. Когда он вернулся, Эпп в своем новом чине имперского наместника нанес ему первый визит. Принц произнес лишь слова: «предатель народа», после чего оставил изумленного наместника.

Общины

Наряду с провинциями были унифицированы, разумеется, и германские общины. Мы указали уже выше, как были преобразованы их представительства. В настоящее время в Германии нет, вероятно, ни одной сколько-нибудь крупной общины, бургомистром которой не являлся бы национал-социалист. Различные объединения общин, важнейшим из которых является германский съезд городов, были вынуждены 22 мая руководством национал-социалистской партии под указку Лея объединиться в съезд германских общин. Руководство союзом перешло к мюнхенскому муниципальному политику Карлу Филеру, которого партийные товарищи назначили мюнхенским обер-бургомистром.