История Грузии

В 1656 году иранский шах Аббас II (1642 – 1666), по представлению царя Ростома, назначил Парсадана Горгиджанидзе даругой столичного города Исфахана[16]. Правда, наш автор при этом не упоминает, что для этого ему пришлось выполнить одно важное условие – принять мусульманство[17]. Однако Парсадан недолго продержался в этой должности. Его современник, известный иранский историк, шахский летописец и крупный сановник Мухаммед Тахир рассказывает, что новый даруга по неопытности предъявил незаконные требования населению, что вызвало волнение среди горожан[18]. Верховный гражданский судья Сефевидского государства – диванбеги – Отурлу-бек, вместо того, чтобы успокоить население, наоборот, подстрекал горожан против нового даруги[19]. Действия диванбеги станут понятными, если вспомнить, что, по словам Горгиджанидзе, шах настолько уважал и ценил его, что часто поручал расследование судебных дел, т. е. исполнение обязанностей диванбеги. Это не могло не задеть верховного судью, тем более, что даруга столичного города находился в его подчинении. Этим и следует объяснить враждебные действия Огурлу-бека по отношению к Горгиджанидзе. По приказанию шаха было проведено расследование. Установив истинное положение дел и виновность обеих сторон, Парсадана сместили с должности, а его противника ослепили[20]. После этого шах Аббас II назначил бывшего даругу на должность эшикагасы (церемониймейстера) и определил ему постоянный доход[21]. Таким образом, Парсадан Горгиджанидзе навсегда остался в Иране, где и провел сорок лет своей жизни. Историк сообщает, что его семья осталась в Грузии, однако, видимо, некоторых своих близких он все-таки вызвал в Исфахан. Во всяком случае, в его сочинении упоминаются один брат Парсадана, Александр, который был главным мастером монетного двора (зарабибаши) города Исфахана и другой брат, Мелик Садат-бек, юзбаши (сотник); сын Парсадана, Давид, числился в шахском конном гвардейском корпусе гулямов. Всего шестнадцать лет было Давиду, когда шах пожаловал ему должность эшикагасы. Историк упоминает и племянников своих (со стороны братьев и сестры), которые также постоянно жили в Иране под его покровительством.

Оказавшемуся вдали от Грузии Парсадану Горгиджанидзе нелегко было сохранить высокое положение и даже жизнь. Ему не однажды пришлось испытать на себе все ужасы царившего в кызылбашском Иране произвола[22]. Наш историк был вынужден на основе личного многолетнего горького опыта выработать целую систему взглядов, основная сущность которой состояла в том, что человек обязан заботиться только о себе, о своем благополучии. Подсказанные полученным в чужой стране опытом эгоистические мысли, проповедующие скрытность, лицемерие и недоверие, сформулированы Горгиджанидзе в афоризмы и пословицы, которые обильно включены в разные части сочинения. Однако даже такая жизненная философия не спасла Парсадана. Он сам описал некоторые свои злоключения, пережитые в Иране. Выше уже было сказано, что сначала против него взбунтовалось население Исфахана и его сместили с должности даруги. Во второй раз по приказу шаха его сослали в город Шустер, где и провел шесть лет. В третий раз на него разгневался шах Сулейман (1666 – 1694). Значительные неприятности перенес Парсадан из-за брата и сына.