История Италии

С конца 1950-х и все 1960-е годы экономика Италии переживала ощутимый подъем, обусловленный и активностью ее населения, и расширением доли общественного сектора, и предоставление определенной степени автономности региональным и муниципальным властям (хотя в целом обе эти сферы оставались под партийно-политическим контролем). Что, однако, оставалось неизменным с XIX века, со времен объединения страны, так это ощутимое экономическое и социальное неравенство между севером и югом. Промышленность была по-прежнему сконцентрирована прежде всего в таких северных областях, как Пьемонт, Ломбардия и Эмилия-Романья, обеспечив всему региону долины По статус одного из богатейших в Европе. Напротив, Калабрия, Апулия и Сицилия словно застыли в далеком прошлом, увязнув в нищете, неграмотности и почти сплошной безработице. Давние системы социальных связей, охватывавших семью и отношения между клиентами и патроном, вкупе с тем методическим подавлением независимой инициативы в органах местного самоуправления, какое шло со стороны работодателей и крупных предпринимателей, во многих районах были прочно сращены с сильными криминальными организациями — сицилийской мафией, неаполитанской каморрой, калабрийской н’дрангетой (n’drangheta от греческого andragathos, что означает «мудрый» или «сильный» человек). Связи между этими организациями и политиками христианско-демократической партии стали притчей во языцех. Потребность в подобной поддержке означала, что правящая партия никогда не смогла бы рассчитывать на прямое большинство. Это было обусловлено и внутренне слабой системой правления, которая изначально закладывалась так, чтобы не допустить концентрации власти в каком-либо одном звене исполнительной власти. Таким образом, послевоенная политика Италии стала парадом сделок и компромиссов, в которые были вовлечены все партии, включая коммунистов в бытность генсеком Энрико Берлингуэра (с 1972). Избиратели, простые итальянцы, все больше проникались цинизмом, утрачивая последние остатки иллюзий перед лицом той политической субкультуры, неизменные участники которой всеми средствами добивались собственной выгоды, демонстрируя безразличие к проблемам нации: так, более всех вызывал недоверие своей «эластичностью» Джулио Андреотги — парламентский ветеран с 50-летним стажем. Образование экстремистских красных бригад в 1970 году стало неизбежным побочным продуктом этого отчуждения между народом и властью.

После падения берлинской стены и окончания периода холодной войны явственно обозначились перспективы перемен. Партии перегруппировались и переименовались, избирательная система была усовершенствована, и приложены заметные усилия к улучшению климата общественной жизни, очищению ее норм — главным образом, через усиление подотчетности итальянских правителей. Любопытно, что наибольшее сопротивление этому процессу — добиться большей прозрачности в действиях власти — оказали не столько сами политики, сколько итальянский электорат. Нынешние потомки Данте, Микеланджело, Макиавелли, Галилея и Верди, упиваясь признанным мировым лидерством Италии в таких областях как мода, футбол и графический дизайн, похоже, вообще не испытывают интереса к собственной истории. Поразительно, но факт: почти вся архивная и аналитическая работа в XX веке проводилась историками-иностранцами. Именно историческая память о дурном правлении, с властителями эгоистичными и деспотическими, с неудачной либеральной монархией и мошеннически триумфальным фашизмом, заставляет ныне Италию чувствовать отвращение к назревшей задаче реорганизации исполнительных структур ее власти. «Лучше иметь дело с чертом, которого уже знаешь» — абсолютно убеждены итальянцы, и потому им совсем не хочется ни укреплять еще хрупкую демократическую систему, ни вводить в жизнь общества адекватные нормы гласности и подотчетности. Провал в 1996 году судебных слушаний, получивших название «Чистые руки», и очередная победа на выборах 2001 года партии Сильвио Берлускони Forza Italia служат доказательством того, что современная Италия — все еще общество глубоко консервативное, несмотря на всю его страсть к новинкам потребительского рынка, и ему все еще дороже близкое и привычное прошлое, нежели ответственность за политическое будущее страны.

_____

1945 Вслед за окончанием военных действий на территории Италии насущной задачей становится определение будущих форм управления страной. 9 мая король Виктор Эммануил III подписывает отречение от престола в пользу своего сына Умберто. Нового короля именуют Умберто II, хотя он так никогда и не будет коронован.