История крестовых походов

Между тем и положение дел в Сирии требовало серьезного внимания. После смерти Саладина в 1193 г. начавшиеся в его семье раздоры отвлекли силы мусульман к внутренней войне, брат Саладина, Альмелик Аладиль[214], воспользовался начавшимися смутами и соединил под своей властью Египет, Сирию и Месопотамию, получив от халифа титул «короля королей». Вместе с этим против слабых и разрозненных христианских княжеств вновь выступила организованная сила, руководимая умным политиком и храбрым вождем. Титулярным королем Иерусалима был Генрих, граф Шампани[215], владевший береговой полосой от Яффы до Тира и имевший в своем распоряжении небольшие отряды иерусалимских рыцарей, да тех крестоносцев, каких выставляли итальянские торговые республики. В Антиохии и Триполи правил один дом, так как с прекращением тулузского дома в Триполи в 1187 г. оба княжества соединились под властью Боэмунда III Антиохийского[216]. Но вместе с тем для обоих княжеств в соседней Киликии родился соперник. Здесь возвысился армянский владетельный дом в лице князя Льва II[217], который своим обращением к римскому обряду создал себе на Востоке исключительное положение и расширил область своего политического влияния на соседние страны. Усвоив западноевропейские учреждения и обычаи, Лев II преобразовал свое княжество на франкский образец и ввел у себя феодальное устройство. Вследствие чего на службе у него появились западные рыцари, тамплиеры и иоанниты, а итальянские купцы охотно стремились в его княжество со своими товарами и заводили у него фактории. Словом, франкское влияние нашло в князе Льве II ревностного поборника и защитника, а для деятельности крестоносцев в его землях открылось широкое и почетное поле. Особенно обмен влияний увеличился с тех пор, когда Лев II женился на дочери антиохийского князя, а антиохийский князь женил своего наследника Раймунда на племяннице Льва. От этого последнего брака произошел Рувим[218], будущий князь армянской Киликии и соседних областей, имевший законные притязания на господство в Антиохии. Политика Льва II несомненно отличалась большим умом, и не без основания его сравнивают с героем Первого похода Боэмундом Сицилийским: как тот, так и другой давали большое место армянскому элементу в европейском предприятии ослабить мусульманство и дать преобладание на Востоке христианам. На Западе вполне оценили политику Льва II. Папа Целестин III дал согласие на возведение армянского князя в королевское достоинство, а император Генрих VI обещал короновать его, когда прибудет на Восток, что и было исполнено в 1198 г., когда архиепископ Конрад Майнцский[219] венчал Льва II королевским венцом.

Далее, на Востоке было еще кипрское королевство, перешедшее к западным князьям со времени завоевания острова Кипра Ричардом, управляемое королями из дома Лузиньянов. В 1195 г. кипрское королевство получил Амальрик[220], брат Гвидо, бывшего короля Иерусалима, который также обещал подчинить остров римскому престолу и получил от папы и императора согласие на венчание его королевским венцом. Таким образом, к концу XII в. христианские владения в Сирии организуются в церковном и политическом отношении и вступают в тесный союз, который под влиянием папы и императора и вопреки интересам восточного православия Византийской империи готовится с новыми силами выступить против магометан. Всем этим планам и надеждам был нанесен непоправимый удар направлением и исходом Четвертого крестового похода.

Сирийские христиане, не получив своевременно большого подкрепления из Европы, продолжали влачить жалкое существование, тратя силы на внутреннюю борьбу. Несколько раз армянский король и антиохийский князь доходили до открытой войны, приглашая на помощь мусульман. Не лучше было и положение иерусалимского королевства и кипрского княжества. Когда после смерти Амальрика право на иерусалимское королевство перешло к его падчерице Марии-Иоланте[221], а Кипр, — к его сыну Гуго[222], в обеих областях назначено было регентство за малолетством правителей.