История крови. От первобытных ритуалов к научным открытиям

Кровь вдохновляет многих художников на новые формы искусства: появляются перформанс[172] и живопись действия[173]. Венский акционизм[174] привлек всеобщее внимание в начале 1960-х годов. Герман Нич шокировал консервативное сообщество своим «Театром оргий и мистерий» (Orgien Mysterien Theater), в котором прямо на сцене расчленял трупы животных и обливал своих моделей кровью. При этом он ссылался на ритуальные бойни, которые устраивали древние греки и майя, а также философские идеи Ницше и Фрейда. Через физический контакт с кровью, например, когда свинью прибивают к кресту, по мнению художника, можно устранить «репрессивную энергию, которая создает темную консервативную социальную культуру».

Гюнтер Брус, современник Германа Нича, выбирает самоповреждение во имя искусства в качестве средства коммуникации в своем видео 1971 года. Он называет это тестом на выносливость, тщетной попыткой катарсиса. Ссылки на изображения ранних христианских мучеников — обычное явление. Например, для выступления в 1970-х годах американец Крис Бурден попросил своего друга распять его. Связь со страданием Христа и убийством мученика и покровителя лучников, святого Себастьяна, прослеживается без труда.

Печальна судьба и другого венского акциониста, Рудольфа Шварцкоглера, который во время своего кровавого ритуала ампутировал «лишнюю плоть» (по словам бульварных газет, свой пенис). Возможно, он зашел слишком далеко в художественном самовыражении, потому что дожил всего до 29 лет. Самоубийство как высшая форма перформанса…

Йозеф Бойс, один из самых влиятельных художников XX века, тоже использовал кровь в живописи. Его можно было узнать по фетровой шляпе, которая должна была закрывать железную пластину в черепе. Он получил ее во время Второй мировой войны, когда был помещен в немецкий полевой госпиталь после того, как потерпел крушение в бомбардировщике «Штука». Возможно, именно эти медицинские злоключения побудили его использовать в основном кровь животных (а не людей), в том числе зайцев, в некоторых таинственных работах, полных символизма (среди которых Druid measuring 1961 года).

В искусстве, связанном с движением феминизма, определенную роль играет менструальная кровь.

Сербская художница Марина Абрамович, которая любит называть себя бабушкой искусства перформанса, раздвинула границы восприятия тела в искусстве до предела. В 1975 году она потрясла аудиторию в Инсбруке выступлением, сосредоточенным на виктимизации обнаженного женского тела. Сначала она медленно съела килограмм меда, выпила литр красного вина, затем разбила бокал и вырезала осколками кровоточащую звезду Давида на своем животе. Посчитав, что этого недостаточно, она начала избивать себя плетью, пока не упала на кровать изо льда. Психодрама в лучшем виде, включающая необходимую символику боли и крови.

Кровь, а именно менструальная, также играет отдельную роль в феминистском искусстве.

Чилийская художница Карина Убеда в течение пяти лет собирала собственную менструальную кровь на кусочках ткани и в 2013 году повесила их в комнате рядом с девяноста черными яблоками как символ овуляции, не приведшей к беременности. Американец Кристиан Клиффорд пошел дальше: он собрал менструальную кровь у нескольких женщин и вылил ее на нескольких молодых мужчин во время перформанса (I want your blood, англ. «Я хочу твою кровь», 2013 года). Когда бывший президент Америки Дональд Трамп вступил в должность, несколько художников (включая мужчин) нарисовали его портрет менструальной кровью. Стигматизирован и обличен[175]… Еще более шокирующей была работа французской художницы Ингрид Бертон-Муа, которая выдвинула гениальную идею использовать свою менструальную кровь в составе помады, после чего она искусно сфотографировала нескольких женщин, накрашенных такой косметикой.

Марк Куинн создал своеобразный memento mori[176]: английский художник собирал собственную кровь и слой за слоем наносил ее на слепок своей головы. Использовав около шести литров крови, он создал идеальный автопортрет, пропитанный его ДНК. Кровавое селфи, которое должно храниться при температуре –70 °C… Куинн тогда хотел сделать еще три такие головы из своей крови, «чтобы продемонстрировать свое старение». Неизвестно, правда, развилась ли у него анемия.

В 1980-х годах мир искусства был также поражен эпидемией СПИДа, которая придала особое значение использованию опасной крови. Такие представители богемы, как фотограф Андрес Серрано, использовали смесь спермы, мочи, фекалий и крови, чтобы визуализировать конфронтацию между жизнью, смертью, религией и сексуальностью. Итальянский фотограф Оливьеро Тоскани также затронет эту тему в громкой кампании бренда Benetton, которая использовала кровь, СПИД, войну и отчаяние в коммерческих целях. Мир без границ.

Поражает и то, сколько современных художников заворожены идеей использовать собственную кровь в живописи.