История крови. От первобытных ритуалов к научным открытиям

Неудивительно, что у короля днем позже начнутся судороги. В панике лекари назначают ему все известные на тот момент травяные смеси, в том числе знаменитый иезуитский порошок (который, как мы сейчас знаем, содержит хинин), но несчастный король, умудрившись еще и извиниться перед придворными за свою долгую агонию, умирает в тот же день. В общей сложности из него выкачали два литра крови, что в комбинации с обезвоживанием, вызванным рвотой и промыванием, не оставило ему шансов. Главный врач короля Чарльз Скарбург позже напишет печально известное предложение в своих мемуарах: «Further treatment was made difficult by the death of the king».

«Madame se meurt, madame est morte»[65]: Генриетта Стюарт

А на другом берегу пролива Ла-Манш почти одновременно разыгрываются две кровавые драмы. 30 июня 1670 года Версаль был ошеломлен новостью о том, что Генриетта Стюарт (р. 1644) внезапно скончалась в возрасте 26 лет. При дворе она была известна как madame, супруга monsieur Филиппа, герцога Орлеанского, брата короля. Ее брак не был счастливым: не секрет, что ее муж Филипп предпочитал мужское, а не женское общество и имел весьма открытую гомосексуальную связь с шевалье де Лорреном. Последний охотно пользовался своим статусом фаворита брата короля. Он наслаждался богатствами Версаля, терроризировал двор и преуспевал в политических интригах. Связь с шевалье в то же время не мешала Филиппу поддерживать интимную связь с супругой. Бедная Генриетта была восемь раз беременна, четыре из этих беременностей привели к выкидышу, две — к рождению здоровых дочерей, одна — к мертворожденной дочери и одна — к здоровому сыну. Во Франции XVII века был высокий уровень младенческой смертности, поэтому нет никаких оснований считать, что выкидыш был вызван какой-то основной болезнью.

Людовик XIV заметил, что Генриетта — умная женщина с дипломатическими задатками. Он использовал ее в качестве тайного посла: она должна была убедить своего брата, короля Англии Карла II, заключить договор с французским королем-солнце, а не с испанцами, южными Нидерландами или Швецией. Monsieur (Филипп), его любовник и сплетница тетушка последнего чувствуют себя обделенными и начинают строить козни против Minette[66] (популярное прозвище Генриетты). Когда Людовик XIV узнает о злодеянии, он в ярости вытаскивает де Лоррена из постели брата и помещает под стражу, а после отправляет в лионскую тюрьму. Вне себя от ярости, Филипп покидает суд. Он отказывается встречаться с братом и уезжает в замок Виллер-Котре. Позже Людовик решает отослать любовника брата еще дальше — в Марсель, а затем и вовсе изгнать в Италию. Филипп остается совсем один…

28 июня, очень жарким летним днем, madame чувствует недомогание во время прогулки в парке. Она жалуется на сильные спазмы в желудке и бледнеет. После освежающей ванны и стакана воды с цикорием боль утихает, и она спокойно спит ночь. Однако на следующий день боли в боку стали невыносимыми. Madame бледнеет, корчится от боли, не может сидеть, поворачиваться или лежать. Наспех вызванный врач, месье Эспри, диагностирует простую колику и назначает кровопускание. Madame соглашается при условии, что кровь будут брать из ступни, но под влиянием двух подоспевших коллег Эспри настаивает, что нужно проводить полное кровопускание из руки. Так и поступают, а поскольку madame, кажется, начинает чувствовать себя лучше, процедуру повторяют… К вечеру, когда пациент снова испытывает слабость, ученые-медики назначают очистительную клизму, что, однако, не приносит результатов, и клиническое состояние Генриетты заметно ухудшается.

Симптомы напоминают некротический панкреатит — это быстрое воспаление поджелудочной железы, закупоривающее проток поджелудочной железы и приводящее к гибели ткани от собственных ферментов.

Monsieur, который, к удивлению окружающих, оставался у постели своей жены, решает пригласить évèque (епископа) Боссюэ для совершения предсмертного обряда… Это не мешает врачам предпринять еще одну попытку пустить Генриетте кровь на правой ноге, но из-за того, что ее конечности были очень холодными, а пульс почти не прощупывался, операция заканчивается неудачей. К трем часам ночи боль становится невыносимой, и madame прижимает к сердцу распятие, подаренное матерью перед смертью. Позже Боссюэ произнесет свою знаменитую фразу: «Ô nuit désastreuse, ô nuit effroyable, où retentit tout à coup comme un éclair de tonnerre cette étonnante nouvelle: madame se meurt, madame est morte»[67].