История моей жизни. Открывая мир движениями пальцев

не затруднит ли Вас опубликовать прилагаемый мной список? Думаю, читатели Вашей газеты захотят узнать, как много уже сделано для милого маленького Томми, и пожелают разделить радость помощи ему. Он очень счастлив в детском саду и каждый день узнает что-то новое. Например, он узнал, что у дверей есть замки, а в замочную скважину можно легко просунуть палочки и кусочки бумаги, хотя вытаскивать их обратно он пока не желает. Еще Томми любит залезать на спинку кровати, а краны он развинчивает гораздо быстрее, чем учит буквы, но это потому, что пока не понимает, что именно слова помогут ему совершить новые открытия. Я надеюсь, что добрые люди продолжат помогать Томми, пока не соберется достаточное количество средств и пока образование не наполнит светом и музыкой его жизнь.

Ваш маленький друг

Хелен Келлер.

Альберту X. Манселлу

Брустер, 10 марта 1892 г.

Дорогой мистер Манселл,

несомненно, мне не требуется говорить Вам, что Ваше письмо доставило мне радость. Я наслаждалась каждым словом и желала, чтобы оно было длиннее. Я веселилась, когда Вы рассказывали о причудах старого Нептуна. Действительно, он странно вел себя с момента нашего прибытия в Брустер. Очевидно, что Его Величество чем-то был очень недоволен, но я и представить себе не могу, что могло так его раздосадовать. Вид у него был такой буйный, что я побоялась передать ему Ваши добрые пожелания. Кто знает, возможно, Старый Морской Бог заснул на берегу и подслушал шевеление растущих существ – начало жизни в земной груди – и его штормовое сердце рассердилось, так как он понял, что его правление и правление Зимы почти закончилось. И суровые боги начали отчаянно сражаться, решив, что нежная Весна испугается при виде хаоса, вызванного их буйством, и умчится прочь. Но нет! Прелестная дева лишь мило улыбнулась, дохнув на ледяные укрепления своих врагов, и они тут же растаяли, а счастливая Земля с радостью встретила ее. Но мне следует отложить эти праздные фантазии до нашей следующей встречи. Пожалуйста, передайте мои наилучшие пожелания Вашей дорогой матушке. Учительница просит, чтобы я написала, как сильно ей понравилась переданная Вами фотография и что она непременно сделает еще несколько по возвращении. А пока, дорогой друг, пожалуйста, примите эти несколько слов и любовь, ими выражаемую.

Любящая Вас

Хелен Келлер.

Следующее письмо было напечатано в детском журнале «Св. Николас» в июне 1892 г.

Св. Николасу

Дорогой Святой Николас,

я рада возможности отправить тебе свой автограф, потому что хочу, чтобы мальчики и девочки, которые читают «Св. Николас», узнали, как пишут слепые дети. Думаю, некоторые из них удивляются, как нам удается писать так ровно, так что попытаюсь рассказать, как это получается. У нас есть картонка с прорезями, которую мы кладем между страницами, когда собираемся писать. Параллельные прорези соответствуют линиям, так что, когда мы вжимаем в них бумагу тупым концом карандаша, получается ровно писать слова. Все маленькие буквы пишутся в прорезях, а большие выше и ниже их. Мы держим карандаш правой рукой, а указательным пальцем левой нащупываем прорезь, чтобы правильно определять форму букв и расстояние между ними. Сначала это дается весьма трудно, но при должном старании постепенно становится все легче, а после долгой практики наши письма друзьям становятся весьма разборчивыми. Это доставляет нам огромное счастье.

Наши друзья могут посещать школу для слепых. Если они приедут, я уверена, им будет интересно посмотреть, как пишут ученики.

Ваш искренний маленький друг

Хелен Келлер.

Кейт Адамс Келлер

Южный Бостон, 13 апреля 1893 г.

Дорогая матушка,

мисс Салливан, миссис Прэтт и я неожиданно решили отправиться в путешествие вместе с дорогим доктором Беллом.

Сначала мы отправились в школу для глухих в Рочестере. Она принадлежит мистеру Уэстервелту – джентльмену, которого папа встречал в Вашингтоне.

Мистер Уэстервелт устроил для нас дневной прием, куда пришло очень много людей. Некоторые задавали странные вопросы. Одна дама спросила, как я могу любить цветы, если не вижу их красивые краски. Я уверила ее, что люблю их, а она ответила: «Значит, вы чувствуете цвета пальцами». Но мы ведь любим цветы не только за их яркий цвет. Какой-то джентльмен спросил, что я понимаю под словом «красота». Сначала это меня озадачило. Но, подумав, я ответила, что красота – это форма доброты, и его это порадовало.

Когда прием завершился, мы вернулись в отель, и учительница заснула, не подозревая о сюрпризе, который ее поджидал. Мы приготовили его с мистером Беллом. Это был такой сюрприз! Я имела честь повести мою дорогую учительницу смотреть на Ниагарский водопад!