История отравлений власть и яды от античности до наших дней

Отравлению часто сопутствовал дух адюльтера, поскольку и то и другое связано с обманом. История Гундеберги, кроме того, показывает, насколько сильно в представлениях эпохи употребление яда ассоциировалось с женщиной. Примерно к 610 г. относится случай лангобард- ской принцессы Ромильды, свидетельствующий о том же. Вдова герцога Гизульфа сдала город аварам, но их вождь заподозрил, что она способна убить кого-нибудь «ядом или предательством». Так утверждала поздняя традиция, однако важным здесь является тот факт, что женщина, естественной функцией которой является деторождение и кормление, проявляла склонность к отравлению. Рассказавший эту историю Павел Диакон представил Ромильду бесстыдной предательницей, поплатившейся за свои преступления смертью.

Описывая отравительниц, клирики-женоненавистники следовали определенным стереотипам. Например, они сближали понятия regina и venef/ca. Житие святого Самсона, посвященное деяниям жившего в VI в. епископа Дольского и Бретонского, написано спустя два века после его кончины. Автор сообщал о попытке отравить святого человека, совершенной женой короля бриттов Юдуала, у которого прелат обедал. Епископ осенил кубок крестным знамением, и он мгновенно рассыпался, причем пролившийся яд был настолько силен, что прожег до кости руку того, кто держал сосуд. Агиограф утверждал, что преступная королева действовала под влиянием демонических сил, и это соответствовало жанру жития. Однако во всем остальном автор использовал те же повествовательные модели франкских текстов, которые обнаруживаются в историях злодеяний Брунгильды и Фредегонды, направленных против деятелей Церкви.