История политических и правовых учений. Шпаргалки

Ж.-Ж. Руссо считал, что неравенство частной собственности, дополненное политическим неравенством, привело в конечном счете к абсолютному неравенству при деспотизме, когда по отношению к деспоту все равны в своем рабстве и бесправии. Исправить положение может другой общественный договор, по которому все оказываются «равными в результате соглашения и по праву» Ж.-Ж. Руссо не отрицал частной собственности, но вместе с тем он выступал за относительное выравнивание имущественного положения граждан, роскошь и излишки, поляризацию богатства и бедности он критиковал с эгалитаристских позиций. Ж.-Ж. Руссо утверждал, что «ни один гражданин не должен обладать столь значительным достатком, чтобы иметь возможность купить другого, и ни один — быть настолько бедным, чтобы быть вынужденным себя продавать».

68. Руссо о народном суверенитете

Руссо считал, что в основе общественного договора и правомочий формируемого суверенитета лежит общая воля. При этом он подчеркивал отличие общей воли от воли всех: первая имеет в виду общие интересы, вторая — интересы частные и представляет собой лишь сумму изъявленной воли частных лиц, первая предпочтительнее второй. Общая воля должна занимать господствующее положение в государстве и его законах в противовес интересам частичных ассоциаций, партий, групп и объединений, которые вступают в неизбежную конкуренцию с сувереном. Сувереном Руссо считает народ. Народ создает законы, однако не связан ими навеки: «Нет и не может быть никакого основного закона, обязательного для Народа в целом, для него не обязателен даже Общественный договор».

В то же время, идеализируя концепцию народного суверенитета, Руссо отвергал требования гарантий защиты прав индивидов в их взаимоотношениях с государственной властью: поскольку суверен образуется лишь из частных лиц, у него нет и не может быть таких интересов, которые противоречили бы интересам этих лиц; следовательно, верховная власть суверена нисколько не нуждается в поручителе перед подданными, ибо невозможно, чтобы организм захотел вредить всем своим членам. Вместо этого он считает, что гарантии необходимы против подданных, чтобы обеспечить выполнение ими своих обязательств перед сувереном, то есть общественное соглашение дает политическому организму (государству) неограниченную власть над всеми его членами. Именно эту власть, направляемую общей волей, он и именует суверенитетом.

Руссо считал, что народ как суверен, как носитель и выразитель общей воли может быть представляем только самим собою, поэтому передаваться может власть, но никак не воля. Он отрицал как представительную форму власти, так и принцип разделения властей: законодательная власть как собственно суверенная, государственная власть должна осуществляться только самим народом-сувереном, а исполнительная власть (правительство) создается не на основе общественного договора, а по решению суверена в качестве посредствующего организма для сношений между подданными и сувереном.

Как суверен народ имеет право изменить форму правления, расторгнуть общественное соглашение, возвратить себе естественную свободу.

69. Доктрина Морелли

Теоретиком государственного социализма (коммунизма) был Морелли (ок. 1715–?), оставивший произведение «Кодекс природы или истинный дух ее законов» (1755 г.), в котором дано теоретическое обоснование строя, основанного на общественной собственности, и нечто вроде проекта конституции будущего общества: «Образец законодательства, согласного с намерениями природы».

Доктрина Морелли основана на теории естественного права: естественное состояние изображается как золотой век, когда люди подчинялись законам природы, имели общность имущества, всеобщий обязательный труд, а обществом управляли мудрые отцы семей. Никакого общественного договора не было, конец естественному состоянию (отказ от законов природы) положило не соглашение народа, а процесс нагромождения ошибок, главная из которых — «чудовищный раздел произведений природы», то есть учреждение частной собственности, «которое перевернуло вверх дном законы природы», породило жадность и «всеобщую чуму — частный интерес».

Морелли считал, что при сохранении частной собственности концентрация богатств приводит к тому, что демократия превращается в аристократию, аристократия — в монархию, а та — в тиранию; поэтому совершенно бессмысленно искать наилучшую форму правления; пока не уничтожены собственность и порожденные ею частные интересы. Он писал, что истинная политическая свобода человека состоит в беспрепятственном и безбоязненном пользовании всем, что может удовлетворить его естественные и, следовательно, законные желания. Исходя из такого понимания свободы, Морелли разработал законы будущего общества:

1. «В обществе ничего не будет принадлежать отдельно или в собственность кому бы то ни было, кроме тех вещей, которыми он будет действительно пользоваться для своих нужд и удовольствий или для своего повседневного труда».