История Полоцка и Северо-Западной Руси

Третий вид составляли полоцкие колонии в Ятвяжской земле. Отношения полочан к ятвягам были собственно воинственные, враждебные. Ятвяги крепко стояли за неприкосновенность своей земли, и землю эту можно было колонизовать только с бою, а посему полоцкие колонии в Ятвяжской земле носили, собственно, характер пограничных крепостей и подвигались внутрь страны понемногу, по мере оттеснения ятвягов в глубь непроходимых болот и пущей. Путь полочан к Ятвяжской земле лежал по левому берегу Припяти на Случь, Цну, Пину и Ясольду. На этом пути полочане шли не одни, они здесь нашли дреговичей, которые, как мы уже видели, прежде полочан заняли берега Припяти. Есть в тамошнем краю темное, но нисколько не противоречащее истории предание, что дреговичи еще до прибытия полочан в этом краю вели продолжительную войну с ятвягами; следовательно, прибытие полочан здесь как нельзя более было кстати. Дреговичи, конечно, были рады полочанам, грозным и воинственным, при помощи которых борьба с ятвягами сделалась успешнее. Где в первый раз полочане встретились с ятвягами, на Ясольде, на Цне или на Случи, мы об этом не имеем известий; но уже в первом столетии русской истории мы встречаем важный русский город, очевидно полоцкий, на самой юго-западной границе Ятвяжской земли – Берестье, ныне Брест-Литовский, к которому, вероятно, ходил Владимир, снятый во время своей войны с ятвягами, и куда бежал Святополк, окончательно пораженный на Альте. Кроме Берестья и впереди этого города на восток мы находим, как уже было сказано выше, в этом краю перед Ясольдою Кожан-городок на Цне, Погост на Бобрике, Остров на Мышанке, Слоним на Шаре, Пинск на Пине за Ясольдою и за нею же Дрогичин, Хомск, Дивин-городок, Кобрин при верховьях Мухавца и второй Дрогичин на Буге. Все сии города более или менее составляли Полоцкую землю уже до Владимира Святого; ибо полочанам нельзя же было построить Берестья, не занявши места, лежавшие на пути, и не утвердившись там, хотя, конечно, ятвяги еще не отступали от сих владений и продолжали делать набеги.

Затем следовали полоцкие колонии, собственно, в Ятвяжской земле, уже на памяти истории бывшие в постоянном споре у русских с ятвягами; они лежали на север и на запад за Слонимом, в глубине Ятвяжской земли. Таковы были: Зельва на реке Зельвейкее, Волковыск на притоке Россы, Свислочь при верховьях реки Свислочи, впадающей в Неман, Нарев при верховьях реки Нарева и другие города по Нареву, а также Бельск на Белой и, наконец, в более позднее время Городна, или Гродно, на Немане. Таким образом, вся Ятвяжская земля с юга и запада была опоясана русскими, или полоцкими, колониями, которые шаг за шагом углублялись в нее, оттесняя ятвягов в глубину непроходимых лесов и пущ; и по мере оттеснения ятвягов колонии сии из передовых боевых постов, или крепостей, обращались в города, и земля, ими занятая, делалась Полоцкою землею. А что колонии сии принадлежали именно полочанам или их колонистам и шли с востока на запад, или от Днепра и Березины к Западному Бугу, а не с Буга к Днепру, на это лучшим доказательством служат, как мы уже у поминали, доселе сохранившиеся названия рек, озер, городов и других урочищ, которые напоминают или названия, принадлежащие северянам, соплеменникам полочан, или новгородские, или прямо полоцкие. Не повторяя названий, приведенных выше, я здесь укажу только на некоторые новые названия, подтверждающие ту же мысль о движении от Днепра к Западному Бугу. Так местечко Остров на Мишанке указывает на Остров в псковских владениях и на многие местности с таким же названием в ближайшем расстоянии от Полоцка по Днепру и Березине; или второй приток Немана на запад за Щарою Росса, или Рось, с местечком Россою прямо говорит о своем происхождении из Приднепровья или Новгородской земли; или Снов у Несвижа и Снов в Черниговских владениях, или Новгород на Нареве указывает на Новгород-Литовский, также на Новгород Великий, родину полочан.