История религий. Том 2

Шиитское духовенство (в Иране основной массив населения состоит из шиитов) во главе с аятоллой Хомейни в течение 60—70-х гг. играло ведущую роль в борьбе народа против шахского режима. В 1964 г. Хомейни был выслан из страны. Он поселился сначала в Неджефе на территории Ирака и в этом священном для шиитов пункте паломничества организовал по существу центр борьбы против шахского режима в Иране. Вплоть до свержения и изгнания шаха в 1979 г. шиитское духовенство под руководством Хомейни (последние годы он жил в Париже) вело неустанную антишахскую борьбу и, когда она увенчалась победой, водрузило свое шиитско-мусульманское знамя над обновленным «исламским» государством.

Вернувшийся на родину Хомейни стал настоящим диктатором страны. Установившийся здесь строй — ярко выраженная теократия. Ее социальной опорой являются массы мелкой буржуазии — купцы, кустари и ремесленники, владельцы мелких предприятий, пауперизированное крестьянство. Вместе с тем к режиму Хомейни положительно относятся и некоторые слои интеллигенции, примкнувшие к антишахской оппозиции еще до свержения шаха. Что же касается политики господствующего теперь теократического правительства, то она, если отвлечься от выражающих ее словесных формул безоговорочной приверженности к «истинному», т. е. шиитскому, исламу, является в объективно-историческом смысле весьма противоречивой.

Во внешнеполитическом плане эта политика была в начале диктатуры Хомейни направлена против США, что выразилось, в частности, в знаменитой истории содержания под стражей персонала американского посольства. Вместе с тем в пропагандистском обиходе шиитского теократического режима нет недостатка в резко антисоветской фразеологии. Пожалуй, можно считать внешнюю политику исламского Ирана религиозно-изоляционистской, поскольку и со многими мусульманскими государствами он в общем обращается достаточно враждебно, что находит свое религиозное оправдание в том, что они не являются шиитскими. В пропаганде, связанной с продолжающейся пока войной против Ирака, этот мотив тоже играет известную роль, хотя некоторое, сравнительно незначительное, количество шиитов среди иракского населения имеется.

В какой-то мере может считаться образчиком современной исламской теократии и Саудовская Аравия. Будучи исключительно богатой в материальном отношении страной в результате обладания колоссальными нефтяными месторождениями, это государство пыталось занять ведущее место в синклите исламских государств Ближнего Востока: в начале 60-х гг. оно выдвинуло проект создания «исламского пакта». Одним из препятствий на пути к этому явилось то обстоятельство, что в глазах правящей верхушки других исламских государств Саудовская Аравия является еретической страной, ибо ее религия — не просто ислам, а его ваххабитская разновидность.

В целом для современного этапа характерно большое усиление политической активности ислама как в отдельных странах, так и в международном масштабе. Причины этого явления лежат прежде всего в росте политической роли стран Ближнего и Среднего Востока, населенных главным образом мусульманами. При этом надо иметь в виду своего рода историческую и географическую случайность: земельные недра этих стран оказались чрезвычайно богаты полезными ископаемыми, и в современных условиях соответствующие государства получили возможность обогащаться невиданными ранее темпами, что, конечно, в свою очередь не могло не сказаться и на их политической роли на международной арене.

Многие государства в современном мире именуют себя исламскими. В их основополагающих документах, в выступлениях государственных и партийных руководителей, в прессе постоянно звучат заявления об истинно исламском содержании политики этих государств. Говорится о необходимости исламизации всех сторон государственной, общественной и частной жизни; именно исламизация пропагандируется как единственный путь решения всех проблем, стоящих перед обществом и государством, причем этот путь предлагается не только странам с мусульманским населением, но и Западу и всему миру. Вот типичное заявление такого рода: «Европа находится на грани духовного банкротства, и спасти ее может только ислам с его высокими идеалами» ⁹⁴.