История русского народа и российского государства. С древнейших времен до начала ХХ века. Том II

Главным законодательным актом, ознаменовавшим контрреформу в сфере высшего образования, явился новый университетский устав от 23 августа 1884 года. Он полностью ликвидировал университетскую автономию (предусмотренную уставом 1863 года) и ставил университет под контроль министерства. На должности ректоров, деканов и профессоров снова стали не избирать, а назначать чиновники (исходя не из «ученых качеств и заслуг» претендентов, а из их политической лояльности и благонадёжности). Студентам было запрещено создавать какие-либо союзы и корпорации. Была вновь введена форменная одежда для студентов в целях усиления надзора за ними во внеучебное время. За любые протесты студентов-смутьянов было предписано беспощадно отдавать в солдаты. Из университетов были изгнаны «неблагонадежные» профессора, составляющие цвет российской науки: социолог М.М. Ковалевский, историк В.И. Семевский, правовед С.А. Муромцев, биолог И.Н. Мечников. Для поступления на учёбу отныне требовалась выдаваемая в полиции характеристика о благонадежности. Плата за обучение в гимназиях и университетах была повышена в пять раз (!), что сделало обучение недоступным для малосостоятельных лиц. Фактически было ликвидировано высшее женское образование: были закрыты высшие женские курсы. Такими мерами правительству удалось в несколько раз сократить численность студенчества, но не смирить его. Студенты отвечали акциями протеста, за которые подвергались суровым репрессиям.

В ходе контрреформ, разумеется, не были забыты и средние и начальные учебные заведения. 5 июня 1887 года министром народного просвещения И.Д. Деляновым был издан печально знаменитый циркуляр, известный как «циркуляр о кухаркиных детях». По нему запрещалось принимать в гимназии и университеты детей низших сословий: лакеев, поваров, прачек, кучеров, мелких лавочников и прочих простолюдинов. Александр III однажды написал на прошении, поданном ему: «Это и ужасно – мужик, а тоже лезет в гимназию!» Теперь доступ мужиков в гимназию был надёжно перекрыт, а образование вновь становилось по преимуществу дворянской привилегией. Все начальные школы (двух-и четырехклассные и двухмесячные «школы грамоты») в 1884 году были переданы церковному ведомству. Лишь немногие школы остались в ведении земств, да и то только потому, что власти не желали тратить денег на их содержание, а земства соглашались платить только при условии их сохранения в качестве земских школ.

Студенчество и интеллигенция были ненавистны самодержавию, как главный оплот крамолы и подвергались всевозможным ограничениям, гонениям и репрессиям.

К счастью для царского режима, подавляющая часть населения Империи оставалась неграмотной и невежественной (что, впрочем, угрожало Империи иным бедствием – отставанием от Европы и военным крушением). По словам известного историка и общественного деятеля П.Н. Милюкова: «Политическая деятельность таких руководителей двух последних царей, как К.П. Победоносцев и Д.А. Толстой, была сознательно направлена к тому, чтобы задержать просвещение русского народа».

Ж. Контрреформа в области печати

27 августа 1882 года были изданы новые «Временные правила о печати». Отныне вводилась предварительная цензура, газетам фактически не позволялось печатать последние новости. Создавался новый надзорный орган в составе министра внутренних дел, министра просвещения, министра юстиции и обер-прокурора Синода. Этот орган мог навсегда прекратить издание «вредной» газеты или журнала и воспретить их редактору более издавать какой-либо печатный орган. В итоге в 1883–1885 годах власти закрыли все радикальные и многие самые влиятельные либеральные периодические издания: журнал М.Е. Салтыкова-Щедрина «Отечественные записки», «Дело» Н.В. Шелгунова, газеты «Голос», «Земство», «Страна», «Русский курьер», «Московский телеграф» и другие. За время царствования Александра III на прессу было наложено 174 взыскания, и 15 изданий были закрыты. Государь сопровождал доклады министров о репрессиях против печати следующими высочайшими резолюциями: «Очень хорошо!» и «Поделом этому скоту!»

6.3.4. Меры по смягчению социальной напряженности

Понимая, что управлять, опираясь исключительно на террор, репрессии и надзор невозможно, самодержавие в 1880-ых – 1890-ых годах предприняло также некоторые мероприятия с целью облегчения жизни крестьян и рабочих и уменьшения социальной напряженности.