История рыцарей-тамплиеров, церкви Темпла и Темпла

Трусливый патриарх Ираклий, чьим долгом было нести Святой крест перед христианским войском, доверил эту священную обязанность епископам Птолемеи и Лидды [216] – обстоятельство, породившее множество мрачных предчувствий среди суеверных воинов Христовых. Из-за предательства, как утверждалось, князя Триполитанского, который бежал с поля битвы вместе со своими сторонниками, тамплиеры и госпитальеры были окружены и все до единого погибли или попали в плен. Епископ Птолемеи был убит, епископ Лидды взят в плен, а Святой крест, король Иерусалимский и великий магистр тамплиеров, оказались в руках сарацинов.

...

Чего больше? – пишет Радульф, аббат монастыря Когглсхейл в Эссексе, который совершал тогда паломничество в Святую землю и был ранен в нос стрелой. – Захвачены Крест, и король, и магистр ордена Храма, и епископ Лидды, и брат короля, и тамплиеры, и госпитальеры, и маркиз Монферратский, и все либо убиты, либо взяты в плен. Скорбите над этим все молящиеся Кресту, и плачьте; унижено древо спасения нашего, достойное от недостойных позорным образом, увы, увы, похищено. Горе мне несчастному, что в дни злосчастные жизни моей принужден такое видеть… О прекрасное древо, сладостное, кровью Сына Божьего увлажненное и омытое! О Крест Животворящий, в коем заключено наше спасение! [217]

Я видел, – рассказывает секретарь и спутник Саладдина, который стал свидетелем этой страшной битвы и не мог сдержать жалости к побежденным, – я видел горы и равнины, холмы и низины, усеянные мертвыми телами. Я видел упавшие стяги, покрытые пылью и кровью. Я видел разбитые и отрезанные головы, разбросанные члены, почерневшие тела, сваленные друг на друге, как камни в кладке. И пришли мне на ум слова Корана: «Неверный скажет: что я, как не прах?» <…> Я видел тридцать или сорок человек, связанных вместе одной веревкой. Я видел в одном месте, под охраной мусульманина, две сотни этих знаменитых воинов, одаренных удивительной силой, которые только что шли вперед среди сильнейших; их гордость ушла; они стояли нагие, опустив глаза, жалкие и несчастные… Поверженные неверные были теперь во власти правоверных. Их король и их Крест были захвачены, тот Крест, перед которым они обнажали головы и преклоняли колени; который они возносили и к которому устремляли свои взоры; говорят, что на этом древе был распят Господь, которому они поклоняются. Они украсили его золотом и драгоценными камнями; они несли его впереди своего войска; все они склонялись перед ним. Первым их долгом было защищать его; тот, кто покинул бы его, никогда бы не обрел душевного покоя. Эта потеря тяжелее для них, нежели пленение их короля. Ничто не может утешить их в этом несчастье. Он был их Богом; они простирались во прахе перед ним и пели гимны, подъемля его! [218]