Читаем История рыцарского вооружения полностью

Во времена Цезаря мечи у кельтов стали достигать одного и более метра в длину, причем их рукояти стали украшать эмалью и даже драгоценными камнями. Но и более короткие мечи тоже не вышли из употребления — ими кельты сражались очень умело. Воевать с ними римлянам было совсем не легко, и поэтому им ничего не оставалось, как разработать соответствующее вооружение и тактику его применения!


Колоть удобней, чем рубить!

В ответ на угрозу со стороны кельтов, которых римляне называли галлами, в Риме создали самый замечательный комплекс оружия из всех, какие только когда-нибудь до этого существовали! Во-первых, римские легионеры были вооружены колюще-рубящим мечом «гладиус хиспаниенсис», пришедшим, как явствует из его названия, из Испании. Два наиболее ранних меча этого типа были найдены в Словении, и датируются они примерно 175 годом до н. э. У них довольно тонкие, ромбического сечения клинки длиной 62 и 66 сантиметров, которые и впрямь чем-то похожи на листы гладиолуса; ими действительно удобно и рубить, и колоть. Вторым по значению их оружием был дротик пилум, который предназначался прежде всего для того, чтобы вывести из строя щит вражеского воина и по возможности его ранить. Длинная втулка острия пилума под весом древка легко изгибалась, так что ни извлечь его из щита, ни обрубить мечом было невозможно и щит вместе с застрявшим в нем дротиком приходилось бросать!

Но самым впечатляющим римским изобретением (хотя историки и считают, что тут, как и с гладиусом без заимствования чужой идеи не обошлось!), являлся легионерский щит — скутум, который имели все без исключения «тяжелые» пехотинцы! Сначала он имел овальную форму, но впоследствии превратился в изогнутый, словно вырезанный из огромной трубы, прямоугольник, шириной около семидесяти сантиметров и более метра высотой! Делали его из склеенных между собой деревянных пластинок, то есть из фанеры, после чего обтягивали кожей, войлоком, а еще сверху тканью, которую обычно ярко раскрашивали. Ручка у такого щита располагалась горизонтально, причем снаружи сделанное под нее углубление прикрывала специально приделанная к щиту выпуклость — умбон, у ранних щитов деревянный, а у более поздних — металлический. Кроме того, щит имел металлическую обивку вдоль верхней и нижней кромок. Вес такого щита достигал десяти килограммов, так что, по сути дела, это была самая настоящая «садовая калитка», с которой римский воин шел в бой, будучи прикрыт с головы до ног. Маневрировать им и как-то парировать удары не требовалось, здесь все зависело от тактики и выучки всего легиона. Дело в том, что, атакуя врага, римляне шли на него стройными рядами, выставив перед собой щиты, и успех их в бою зависел прежде всего от слаженности действий.

Разбежавшись как следует, легионер обрушивал на противника совокупный вес своего тела и щита и пытался опрокинуть его на землю. Если враг падал, его добивали ударом меча, причем колоть в этом случае было гораздо удобнее, чем рубить — потому и требовался короткий меч! А вот от врага, вооруженного длинным рубящим мечом, легионера защищала металлическая кромка щита!

Что же касается римской конницы, то меч всадника — спата — был немного длиннее, чем у пехотинца, — ведь ему же приходилось рубить с коня. Устройством же оба меча были практически одинаковы: клинки были ромбической формы, рукояти, обычно из слоновой кости, имели вырезы под пальцы, а массивное «яблоко» навершия делалось из дерева.

К концу I века до н. э. — началу I века н. э. гладиус и спата сохранили свою форму — это было по-прежнему оружие с вытянутым колющим острием, длиной 50—56 сантиметров и весом около одного килограмма. Но к концу I века мечи как пехотинцев, так и всадников (у них длина меча составляла 60—70 сантиметров) стали делать одинаковой ширины по всей длине лезвия и с более коротким острием. Таким образом, гладиусами они продолжали называться только в силу традиции, так как схожесть с листом гладиолуса исчезла. Щиты всадников у римлян и их союзников, служивших в римской армии, в это время были овальными либо восьмиугольными и плоскими, в отличие от традиционного легионерского скутума.

Позже вооружение римских войск еще больше упростилось. В эпоху поздней империи (200—450 годы) плоский овальный шит вытеснил скутум, а короткий меч пехоты во всех римских войсках заменил более длинный спата, ставший своего рода универсальным мечом для пехоты и конницы; теперь это был прямой рубящий меч с клинком длиной около семидесяти сантиметров и рукоятью, целиком вырезанной из слоновой кости. Спата стал последним мечом Западной Римской империи, павшей под ударами варваров в 457 году.

Перейти на страницу:

Все книги серии История. География. Этнография

История человеческих жертвоприношений
История человеческих жертвоприношений

Нет народа, культура которого на раннем этапе развития не включала бы в себя человеческие жертвоприношения. В сопровождении многочисленных слуг предпочитали уходить в мир иной египетские фараоны, шумерские цари и китайские правители. В Финикии, дабы умилостивить бога Баала, приносили в жертву детей из знатных семей. Жертвенные бойни устраивали скифы, галлы и норманны. В древнем Киеве по жребию избирались люди для жертвы кумирам. Невероятных масштабов достигали человеческие жертвоприношения у американских индейцев. В Индии совсем еще недавно существовал обычай сожжения вдовы на могиле мужа. Даже греки и римляне, прародители современной европейской цивилизации, бестрепетно приносили жертвы своим богам, предпочитая, правда, убивать либо пленных, либо преступников.Обо всем этом рассказывает замечательная книга Олега Ивика.

Олег Ивик

Культурология / История / Образование и наука
Крымская война
Крымская война

О Крымской войне 1853–1856 гг. написано немало, но она по-прежнему остается для нас «неизвестной войной». Боевые действия велись не только в Крыму, они разворачивались на Кавказе, в придунайских княжествах, на Балтийском, Черном, Белом и Баренцевом морях и даже в Петропавловке-Камчатском, осажденном англо-французской эскадрой. По сути это была мировая война, в которой Россия в одиночку противостояла коалиции Великобритании, Франции и Османской империи и поддерживающей их Австро-Венгрии.«Причины Крымской войны, самой странной и ненужной в мировой истории, столь запутаны и переплетены, что не допускают простого определения», — пишет князь Алексис Трубецкой, родившейся в 1934 г. в семье русских эмигрантов в Париже и ставший профессором в Канаде. Автор широко использует материалы из европейских архивов, недоступные российским историкам. Он не только пытается разобраться в том, что же все-таки привело к кровавой бойне, но и дает объективную картину эпохи, которая сделала Крымскую войну возможной.

Алексис Трубецкой

История / Образование и наука

Похожие книги

Эстетика и теория искусства XX века
Эстетика и теория искусства XX века

Данная хрестоматия является приложением к учебному пособию «Эстетика и теория искусства XX века», в котором философско-искусствоведческая рефлексия об искусстве рассматривается в историко-культурном аспекте. Структура хрестоматии состоит из трех разделов. Первый раздел составлен из текстов, которые являются репрезентативными для традиционного в эстетической и теоретической мысли направления – философии искусства. Второй раздел состоит из текстов, свидетельствующих о существовании теоретических концепций искусства, возникших в границах смежных с эстетикой и искусствознанием дисциплин. Для третьего раздела отобраны некоторые тексты, представляющие собственно теорию искусства и позволяющие представить, как она развивалась в границах не только философии и эксплицитной эстетики, но и в границах искусствознания.Хрестоматия, как и учебное пособие под тем же названием, предназначена для студентов различных специальностей гуманитарного профиля.

Коллектив авторов , Александр Сергеевич Мигунов , Николай Андреевич Хренов , А. С. Мигунов , Н. А. Хренов

Искусство и Дизайн / Культурология / Философия / Образование и наука
От слов к телу
От слов к телу

Сборник приурочен к 60-летию Юрия Гаврииловича Цивьяна, киноведа, профессора Чикагского университета, чьи работы уже оказали заметное влияние на ход развития российской литературоведческой мысли и впредь могут быть рекомендованы в списки обязательного чтения современного филолога.Поэтому и среди авторов сборника наряду с российскими и зарубежными историками кино и театра — видные литературоведы, исследования которых охватывают круг имен от Пушкина до Набокова, от Эдгара По до Вальтера Беньямина, от Гоголя до Твардовского. Многие статьи посвящены тематике жеста и движения в искусстве, разрабатываемой в новейших работах юбиляра.

Георгий Ахиллович Левинтон , Мариэтта Омаровна Чудакова , Татьяна Николаевна Степанищева , Екатерина Эдуардовна Лямина , авторов Коллектив

Искусство и Дизайн / Искусствоведение / Культурология / Прочее / Образование и наука
Ренуар
Ренуар

За шесть десятилетий творческой жизни Пьер Огюст Ренуар, один из родоначальников импрессионизма, создал около шести тысяч произведений — по сотне в год, при этом его картины безошибочно узнаваемы по исходящему от них ощущению счастья и гармонии. Писатель Октав Мирбо назвал Ренуара единственным великим художником, не написавшим ни одной печальной картины. Его полотна отразили ту радость, которую испытывал он сам при их создании. Его не привлекали героические и трагические сюжеты, он любил людей, свет и природу, писал танцующих и веселящихся горожан и селян, красивые пейзажи и цветы, очаровательных детей и молодых, полных жизни женщин.Соотечественник Ренуара историк искусств Паскаль Бонафу рассказывает о его непростых отношениях с коллегами, продавцами картин и чиновниками, о его живописных приемах и цветовых предпочтениях, раскрывает секрет, почему художник не считал себя гением и как ухитрялся в старости, почти не владея руками и будучи прикован к инвалидному креслу, писать картины на пленэре и создавать скульптуры.

Амбруаз Воллар , Паскаль Бонафу , Джованна Николетти

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Прочее / Документальное
Пикассо
Пикассо

Книга «Пикассо» — биография выдающегося художника XX столетия. В ней представлены все этапы жизни художника, истоки различных направлений в его творчестве и анализируются мотивы, побуждавшие художника менять стили на протяжении его творческой жизни. Большое место занимает описание личной жизни художника. Для русского читателя биография интересна тем, что помогает освободиться от однобокого взгляда на П. Пикассо, увидеть его во всем многообразии созданных им полотен, глубже понять его творчество и роль искусства вообще.Автор биографии Р. Пенроуз — писатель и художник — в 1936 году познакомился с Пикассо на Международной выставке сюрреализма в Лондоне, здесь завязалась их дружба, продолжавшаяся почти 40 лет, до самой смерти Пикассо. Пенроузом написаны 10 монографий о Пикассо.

Роланд Пенроуз

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное