История Советского Союза. 1917-1991

Эта история была предметом множества дискуссий, и даже сейчас не до конца ясно, что же именно произошло. В последнюю неделю августа генерал Корнилов, главнокомандующий русской армией, послал войска с фронта в Петроград, очевидно, с намерением разогнать советы и арестовать всех большевистских лидеров, — вероятно, с тем, чтобы ввести военное правление. Его планы были расстроены действиями Керенского (тогдашнего премьер-министра), который объявил его арестованным, действиями железнодорожных рабочих, заблокировавших продвижение его войск, а также действиями солдат гарнизонных войск южнее и западнее Петрограда, которые братались с корниловскими солдатами и убеждали их, что они воюют не на той стороне. Главнокомандующий армией генерал Корнилов, не перенеся такого позора, покончил с собой.

Странным во всем этом деле представляется то, что Корнилов лишь незадолго перед этим был назначен Керенским с очевидной целью укрепить дисциплину в армии. Действительно, начальные этапы самого переворота были согласованы с Керенским, который затем внезапно изменил свои намерения. Все происшедшее, казалось, было предопределено неразрешимыми противоречиями положения Временного правительства. Керенский хотел восстановить дисциплину в армии, чтобы иметь возможность продолжать войну, в особенности после разгрома июньского наступления, но в то же время он понимал, что предлагаемые Корниловым меры: отмена солдатских комитетов на фронте, восстановление всей полноты офицерской власти, введение военной дисциплины в тыловых гарнизонах, на оружейных заводах и на железных дорогах — отвратят от него его союзников в советах, а возможно, и спровоцируют народное восстание при поддержке большевиков. В конце концов Керенский не смог продолжать двигаться двумя путями одновременно и перешел на сторону советов, причем сделал это таким образом, что Корнилов подвергся максимальному унижению.

Совершенно несомненно одно: это фиаско драматическим образом возродило шансы на успех большевиков. Верховное командование было сбито с толку, деморализовано и возмущено Временным правительством. Алексеев, преемник Корнилова, в середине сентября с негодованием подал в отставку, заявив: “У нас нет армии”, и назвав своих коллег-офицеров “мучениками” ввиду всеобщей недисциплинированности. Напротив, статус и чувство собственного достоинства рабочей милиции (которая стала теперь называться “Красная гвардия”) неимоверно возросли, особенно в Петрограде: за сентябрь и октябрь в нее вступило множество новобранцев. Большевистский взгляд на происходящие события в основном, казалось, подтвердился, и практически все народные органы, а прежде всего советы, резко приняли их сторону. С начала сентября большевики получили большинство в важнейшем Петроградском совете, а председателем его стал Троцкий. Москва вскоре последовала примеру Петрограда, и стало ясно, что выборы на Второй Всероссийский съезд советов приведут к тому, что большевики окажутся самой большой партией.

Чтобы предотвратить малейшую возможность повторения корниловской истории, Петроградский совет 9 октября учредил Военно-революционный комитет (ВРК) для организации “революционной обороны” столицы как от военного путча, так и от намерений Керенского, который, как доносили, собирался эвакуировать город и позволить немцам (уже бывшим в Риге, всего в трехстах милях от Петрограда) оккупировать город и уничтожить советы. Предложение учредить ВРК поддержали социалисты-революционеры и левое крыло меньшевиков — его первым председателем стал социалист-революционер. Но все же большинство его членов были большевиками. Новый орган немедленно приступил к координации действий Красной гвардии и с помощью пламенного оратора Троцкого начал убеждать гарнизонные войска признать высшим авторитетом ВРК, а не Временное правительство.

Весь сентябрь Ленин — сначала из безопасной Финляндии (ордер на его арест был выписан еще в дни июльских событий), затем из тайного убежища в Петрограде — бомбардировал Центральный Комитет партии письмами, настаивая на том, что момент для восстания настал. Он мотивировал это большевистским большинством в советах, нарастанием волны крестьянских беспорядков, существованием намерения сдать Петроград (что привело бы к ситуации “Парижской коммуны”), а в международном аспекте — недавним восстанием на германском балтийском флоте. Созданный ВРК представлялся ему подходящим инструментом для захвата власти. И действительно, именно на следующий день после создания ВРК, 10 октября, Ленин наконец убедил своих коллег по Центральному Комитету, что восстание “стоит на повестке дня”.