История сыска в России, кн.1

"Вследствие переданного вами мне распоряжения господина директора Департамента полиции о закрытии агентуры, имею честь покорнейше просить при ликвидации дела в Вене не отказать принять в соображение нижеследующее:

В 1890 году, заведуя редакцией газеты «Одесские новости», я по приглашению покойного начальника жандармского управления в Одессе генерала Цугаловского поступил на агентурную службу в качестве секретного сотрудника. По смерти генерала Цугаловского я продолжал эту службу у его преемника полковника Пирамидова до 1895 года, заведуя в то же время редакцией газеты «Одесские новости». Наблюдению моему в Одессе вверен был украинофильский кружок профессора Марковича и социал-демократический, во главе которого стояли Капелюш, Иванов-Квартерников, Лернер, Вельтман и др.

В 1895 году по приглашению полковника Будзиловича я перешёл на службу в заграничную агентуру и до настоящего времени обслуживаю таковую в Вене, где первые пять лет состоял студентом Венского университета на медицинском факультете и затем занимался журналистикой, работая в заграничных и русских газетах в качестве корреспондента, поддерживая постоянные сношения с русским революционным кружком, существующим в Вене.

Последние оглашения заграничных и русских газет по делу брата моего Александра Вайсмана совершенно подорвали моё положение в Вене; скомпрометированный как агентурный сотрудник Департамента полиции, я потерял сотрудничество в газетах «Одесские новости», «Русские ведомости» и др., что, лишив меня главного заработка, поставило меня в совершенно безвыходное положение в материальном отношении.

Ввиду вышеизложенного и принимая во внимание, что мне неизвестно, угодно ли будет Департаменту полиции впредь пользоваться моими услугами по революционно-, му делу, я почтительнейше просил бы Вас доложить господину директору Департамента полиции нижеследующую покорнейшую просьбу:

1) За четырнадцатилетнюю службу в агентуре, условия которой Вам известны, я, не предполагая оставаться больше за границей, покорнейше просил бы предоставить мне и моей жене Регине Викторовне право повсеместного жительства в России.

2) В том случае, если Департамент полиции признает возможным и впредь оставить меня на агентурной службе за границей или в России, я осмеливаюсь просить о сохранении моего последнего содержания по 500 франков в месяц и об ассигновании необходимой прогонной суммы на случай моего перемещения.

3) В случае же если Департамент полиции не признает возможным оставить меня на дальнейшей агентурной службе, то ввиду того, что потеря единственного источника моего заработка журналиста произошла по обстоятельствам, от меня не зависящим совершенно, и что с потерей и агентурного моего содержания мы с женой остаёмся без всяких средств к жизни, я покорнейше просил бы Вас, доложив все обстоятельства моей агентурной службы, сохранить за мной получаемое мною агентурное содержание до мая 1904 года, а затем предоставить мне и моей жене повсеместное право, жительства в России; я покорнейше просил бы Департамент полиции во внимание к долголетней моей агентурной службе и к настоящему моему безвыходному материальному положению не отказать назначить мне либо единовременное пособие, либо пенсию, по усмотрению Его Превосходительства господина директора Департамента.

Симон Моисеевич Вайсман".