История Центральной Европы с древних времен до ХХ века. Кипящий котел народов и религий на территории между Германией и Россией

Изначально балты занимали гораздо большую территорию того региона, чем в настоящее время, которая простиралась от моря, которому они дали название (baltas – белый), а оно, в свою очередь, стало привычным названием их группы (название «эсты» вызывает много сомнений) до реки Оки. В добавление к литовцам, которые были в центре этой группы как самый многочисленный народ, и леттам, или латышам, на севере этого региона к балтам также относились древние пруссы, которые исчезли после завоевания немцами в XIII в., утратив даже свое название после поражения в борьбе с захватчиками. Однако свою историческую роль все прибалтийские народы начали играть гораздо позднее, чем славяне, не раньше X в. н. э.

Еще один спорный вопрос состоит в том, в какой степени сами славяне после своего отделения от балтов составляли этническую и лингвистическую общность, которую можно было бы назвать протославянской[1]. По-видимому, уже в течение различных периодов их предыстории, включая, вероятно, чужеземное (кельтское или иллирийское?) влияние лужицкой культуры между 1500 и 1300 гг. до н. э. и, безусловно, славянской погребальной культуры до римских времен, дифференциация среди славян шла довольно быстро. Их территориальная экспансия в трех направлениях, несомненно, способствовала этому, так что, когда три главные ветви славянских народов появились в истории, каждая из них была уже разделена на различные группы и племена.

Из западных славян только предки поляков, получивших свое название от племени Polanie

(поляне), остались на своей первоначальной родине – в бассейне рек Висла и Одер. Еще одна группа, связанная с поляками через померанцев, проживавших на побережье Балтийского моря (Pomorse – земля вдоль моря), и состоявшая из полабских племен (живших вдоль берегов Эльбы) и лужичских сербов, или сорбов, достигла самых дальних пределов на западе в ходе славянской экспансии. К югу от последних и от польских племен в Силезии и верхнем течении Вислы третья группа заняла Богемию (где племя чехов в конечном счете дало свое название всем остальным племенам), Моравию и Словакию.

Однако только южная ветвь славян продвинулась дальше всех, перейдя через Карпаты и оставив только слабые следы к северу от этих гор. Следом за хорватами и сербами, которые дошли до границ Восточной Римской империи и вскоре пересекли эти границы, вторгшись на Балканы, словенцы заняли территорию гораздо большую, чем современная Словения, и с Дунайской низменности проникли вглубь Восточных Альп.

Что касается восточных славян, то нелегко определить, насколько далеко они распространили свои поселения за тысячелетие, которое предшествовало их первому появлению в истории около 500 г. н. э. Некоторые из их многочисленных племен, безусловно, переправились через Днепр и, возможно, добрались до низовьев Дона на юго-востоке, тогда как другие медленно продвигались в северо-восточном направлении. С самого начала все эти «анты», по-видимому, разделились на западную группу, оставшуюся на родине славян, и восточную группу, заселившую первые колонизированные территории. Но названия восточнославянских племен перечисляются лишь гораздо позже, а происхождение их общего названия Rus

(русы) так же спорно, как и процесс деления на три группы, которые должны соответствовать украинцам, белорусам и собственно русским или великороссам в наши дни.

И хотя очень мало известно о доисторической культуре различных славянских народов, самые первые упоминания иностранных летописцев в сочетании с археологическими и лингвистическими данными заставляют нас осознать существование определенных отличительных черт, общих у них всех, а также общих с балтийскими племенами. У них были хорошо развитые сельское хозяйство и животноводство, а те из них, которые занимались рыбной ловлей, охотой, выделкой меха, производством воска и меда, имели торговые отношения с внешним миром. Нелегко установить, в какой степени различия в занятиях привели к образованию различных общественных групп. Наверняка можно сказать лишь то, что главенствующая роль больших семейных групп или родов привела к образованию первой общинной организации под руководством их наследных вождей.