История Византийской империи. Эпоха смут

Император Ираклий собрал значительное войско для защиты Сирии, но оно было разбито арабами летом 633 г. близ Дамаска; новое войско, состоявшее из 80 тыс., встретилось с арабами на р. Ярмук, в небольшом расстоянии от Тивериадского оз. Здесь арабам в первый раз предстояло сразиться с многочисленной и организованной армией, и здесь в особенности могло иметь гибельные последствия соперничество между вождями. Халид ибн Саид, превосходя других умом и храбростью и понимая важное значение предстоящих событий, убеждал своих товарищей пожертвовать личным самолюбием и подчиниться начальству того, кто будет избран на то общим голосом. Вожди согласились избрать эмиром Халида и выполнили тот план сражения, какой им был предложен. Битва при Ярмуке была одной из самых кровопролитных в истории арабских войн. Три раза мусульмане должны были отступать перед натиском византийской конницы и снова вступать в бой, т. к. стоявшие сзади жены не допускали их до беспорядочного бегства. Наконец Халиду удалось отрезать неприятельскую конницу от пехоты и ударить всеми силами на византийский лагерь, расположенный между рекой и близлежащими горами. Поражение христиан было полное, ибо часть потонула в реке, другая часть погибла от меча мусульман. Одержанной при Ярмуке победой арабы обеспечили за собой успех последующего завоевания Сирии.

Дальнейший ход событий падает на время калифа Омара (634–644), который приказал сирийским отрядам осаждать Дамаск. Абу-Убейда, стоявший во главе осаждавшего отряда, выделил небольшие части из него, чтобы наблюдать за греческим войском, посланным на выручку Дамаску, и поставил город в отчаянное положение. Начальник дамасского гарнизона, родственник царской семьи Фома, пытался воодушевить жителей города на борьбу с мусульманами, обнадеживая их скорой помощью извне. В течение 70 дней происходили ожесточенные стычки под стенами города; но как помощь не приходила, то жители Дамаска принуждены были сдаться. Они вступили с Абу-Убейдой в переговоры об условиях сдачи, стараясь выговорить для желающих право выйти из города, взяв с собой свое имущество. В это время другой вождь, Халид, ворвался в город и начал беспощадно опустошать его, пока Абу-Убейда не потребовал от него соблюдать выговоренные жителями условия сдачи. Таким образом главный город Сирии был потерян для Византии, причем со стороны Ираклия не было принято чрезвычайных мер к защите этой важной провинции.

Правда, император следил за ходом военных дел из Едессы, но нельзя не видеть, что Босра, Дамаск и другие города оборонялись лишь своими силами или теми незначительными гарнизонами, какие в них содержались, и что главный вождь византийской армии, брат царя Феодор, после нанесенного ему поражения при Ярмуке не принимал более участия в войне с арабами. Следует еще заметить, что арабы оказались весьма снисходительны к христианскому населению завоеванных городов; так, в Дамаске они оставили за духовенством несколько христианских церквей, ограничившись небольшим налогом на жителей в пользу мусульманских благотворительных учреждений. Судьба Сирии и Палестины казалась решенной бесповоротно; император Ираклий, удаляясь с Востока в свою столицу, озаботился тем, чтобы главная святыня Иерусалима, Животворящее древо креста Господня, не попалась в руки мусульман, и перенес его в Константинополь.