История Византийской Империи. Том 3

«И написали вожди болгар царю Василию, унижаясь перед ним и выражая свое желание, чтобы он принял находившиеся в их руках крепости и области, и прося его разрешения прибыть к нему и действовать согласно его приказаниям, И пошел тогда царь в Болгарию… и вышли ему навстречу все тамошние вожди, и были также выведены жена… царя болгар и дети его. И принял он их крепости и оказал им милости и дал каждому из них должности согласно тому, чего требовали его заслуги. И оставил себе сильные крепости и назначил над ними правителей из греков и срыл остальные. И устроил дела Болгарии и назначил туда василиков, т. е. управляющих всеми делами и имуществами. И стало государство болгарское присоединенным к государству греков, и сделал он его катепанатом. И было это в сорок четвертом году его царствования. И вступили в брак дочери болгар с сыновьями греков и дочери греков с сыновьями болгар, и смешал одних с другими и тем уничтожил старую вражду, которая была между ними».

В памятниках X–XI вв. катепанатом [166] называется и городской округ, данный в управление одному лицу, и целая область и даже страна (16), таким образом, едва ли можно настаивать на этом термине сравнительно с проноитом , обыкновенно встречающимся на свинцовых печатях, принадлежавших наместникам Болгарии. Нужно принять в соображение то обстоятельство, что, подчинив Болгарию огнем и мечом, царь Василий в последние годы борьбы пришел к мысли привлечь на свою сторону болгарских вельмож, епископов и поместную аристократию посредством наделения их привилегиями и пожалованиями и принятием в состав византийского служилого сословия. Эта система практиковалась им в обширных размерах, даже по отношению к изменникам, и принесла хорошие плоды. Ясно, что по замирении страны царь не мог изменить своей политики и не прибегал к крутым переменам существовавшего в Болгарии строя. Это, впрочем, отмечено и у историка Кедрина в единственном у него месте, затронувшем интересующий нас вопрос (17).

«Царь Василий, подчинив Болгарию, не имел намерения вводить новшеств или изменять данное ей устройство, но оставил весь прежний порядок и приказал действовать по установлениям Самуила».

Болгария получила автономию от византийских императоров, но об ней мы можем судить лишь по намекам. Память о ней удержалась в новеллах, обеспечивающих права Болгарской Церкви. Должна быть, однако, связь между привилегиями, предоставленными в пользу Церкви, и политическими правами, дарованными нации или некоторым в ней сословиям. Мы увидим, что в конце XI и начале XII в. Болгарский архиепископ ратует за привилегии, опирающиеся на основной закон; можно также заметить, что центральное правительство нарушает гарантированные новеллами не только церковные права, но и право частных лиц. Из ряда многочисленных наблюдений над подобными фактами мы были приведены к соображению, что конституция, дарованная Болгарской Церкви, имеет многие аналогии с политическими правами, данными гражданским учреждениям и сословиям; словом, что по новеллам в пользу Церкви можно составить некоторое понятие об утраченных законах гражданского устроения Болгарии. Всматриваясь в хрисовулы с этой точки зрения, мы замечаем в них некоторые знаменательные факты. С одной стороны, это дарственная грамота, подтверждающая нераздельность болгарской церковной области и не-нарушимость ее прав после перехода Болгарии под византийскую власть; здесь император лишь дает авторитет и юридическую санкцию старым грамотам болгарских царей. В хрисовулах была отмечена только эта сторона, далеко не самая важная; этим документом пользовались для определения сначала церковных, потом политических границ Болгарии (18).

Глава XXIVПОХОДЫ В СИРИЮ И АРМЕНИЮЗАПАДНАЯ ГРАНИЦА ИМПЕРИИПОСЛЕДНИЕ ПРЕДСТАВИТЕЛИ ДИНАСТИИ