История XX века в лицах

Через семнадцать лет после выстрела в Папу Римского Ватикан снова попал в заголовки газет в связи с кровавым злодеянием. Вечером 4 мая 1998 г., около 21 ч, монахиня Мария Фровине услышала в доме гвардейцев Ватикана тяжелые шаги. Не прошло и пяти минут, как она услышала глухие удары. Встревоженная шумом быстро отъезжающей машины, Каролина Майер, жена швейцарского вахмистра, вышла за дверь своей квартиры, чтобы посмотреть, все ли в порядке. Они вместе с Марией Фровине заметили, что дверь в квартиру недавно назначенного командира швейцарской гвардии Алоиса Остермана открыта. После некоторого колебания обе женщины вошли в квартиру и обнаружили ужасную картину: супруги Алоис и Глэдис Эстерман лежали на полу, залитые кровью; всего в нескольких метрах они наткнулись на молодого гвардейца Седрика Торнея. Все трое были мертвы.

Уже вскоре после полуночи, всего через три часа после обнаружения погибших, у пресс-секретаря папского престола, Хоакина Наварро Вальса, было готово объяснение драмы: 23-летний вице-капрал Седрик Торней из франкоязычного швейцарского кантона Валлис «в неожиданном припадке сумасшествия» застрелил супругов Эстерман и потом покончил с собой. В покаянном письме своей матери Седрик мотивирует кровавое злодеяние тем, что ему из-за нарушений дисциплины не дали награды. Папский орден был единственным, чего он котел «после трех лет, шести месяцев и шести дней, в течение которых я должен был терпеть здесь все несправедливости».

Он считал, что начальник угнетает, притесняет и унижает его. В самом деле, в последнее время командир за недисциплинированное поведение неоднократно делал ему выговоры в устной и письменной форме.

Представитель Ватикана не дожидался результатов фиксации следов и вскрытия, он не сомневался в мотиве, ходе событий и орудии преступления: около девяти утра молодой валлисиец, которого до этого его друзья и коллеги знали исключительно как жизнелюбивого и приветливого человека, позвонил в дверь квартиры своего начальника Эстермана. Седрик, держа в руках служебное оружие, ворвался в квартиру шефа и от злости и разочарования из-за неполученной награды сразил наповал его и жену. Потом он выстрелил себе в висок. Наварро Вальс считал, что другой ход событий исключен.

«Это был припадок безумия».

Хоакин Наварро Вальс, представитель Ватикана

Весть о трагедии с быстротой молнии распространилась в Борго Пио, римском квартале перед главным входом Ватикана. Но верить официальной версии тройного убийства никто не хотел. «Седрик был таким милым, симпатичным парнем, всегда веселым и уравновешенным», — озадаченно рассказала официантка из кофе-бара «Сант Анна». Каждое утро перед службой он заходил, чтобы выпить капуччино и съесть сдобный рогалик. И говорят, что именно этот спокойный, любезный молодой человек устроил кровавую расправу от разочарования из-за неполученной награды?

Солдаты Папы имели в городе устойчивую репутацию, даже если после службы при случае обращали на себя внимание выпивками и потасовками. В середине девяностых привлекла бешеная погоня полиции за несколькими гвардейцами. Тогда служители закона упустили буйных дебоширов, поскольку те у них на глазах прорвались через главные ворота в Ватикан, где итальянские власти не могли их схватить. Несколько дней скандал был на первых полосах крупных газет. Возможно, некоторые римляне еще помнят о нем. Но никто не верил, что молодой швейцарский парень мог совершить кровавое злодеяние. Тем страшнее оказалась новость о тяжком преступлении. «Казалось, что насилие происходит где-то снаружи, далеко от нас, — признался в растерянности кардинал курии Ачилле Сильвестрини, — а теперь оно вдруг проникло в сердце Ватикана».

Папа Иоанн Павел II, покои которого были расположены недалеко от жилого дома швейцарской гвардии, был глубоко потрясен смертью всех троих. В частности, он был знаком с Алоисом Эстерманом. Сразу после выстрелов Али Агджи 13 мая 1981 г. швейцарский гвардеец, презирая смерть, бросился на Папу, чтобы защитить его от дальнейших пуль, — именно так, как того требует присяга гвардейцев. С тех пор он оберегал Папу Римского более чем в 30 заграничных поездках. Несмотря на свои доверительные отношения с Папой, ему пришлось ждать более двух десятков лет, пока он был назначен командиром швейцарской гвардии. Будучи предполагаемым сторонником организации «Опус Деи» («Дело Господне»), Эстерман, видимо, имел в Ватикане не только друзей.

«Черная туча одного дня не может затмить 500 лет честности».

Анджело Содано, кардинал — статс-секретарь

Это значит, что некоторые епископы для предстоящей модернизации швейцарской гвардии предпочли бы более сговорчивого человека, чем он.