История зеркала

Итак, украшения и прочие прикрасы, одеяние и прическа должны служить тому, чтобы за человеком закрепилась репутация чистого душой, доброго и добропорядочного члена общества, подобно тому, как богатая рама, в которую оправлено красивое зеркало, служит ему украшением. Также XVII век придавал огромное значение первому впечатлению, надо было притягивать к себе взоры других путем применения разного рода «знаков и сигналов». Как отмечал некий сицилиец, посетивший Париж, «ленты, кружева и зеркала — вот три вещи, без коих не могут жить французы»³¹. Человек, занимающий определенное положение в обществе, носит свое одеяние с достоинством в той же мере, в какой это одеяние придает ему самому достоинства. Ведь одеяние со всеми присущими ему «знаками и сигналами», и есть то, по чему взгляд человека опытного определяет, какое общественное положение занимает другой человек и к какому слою он принадлежит. Об уважении, испытываемом человеком к другим людям, особо свидетельствует то, с какой заботой он относится к своей внешности и сколь сильно он стремится заставить сиять ярким блеском свою внешность; одеяние объединяет то, что тело разъединяет, а искусство нравиться другим и самому себе лишает в каком-то смысле самолюбие и себялюбие, доходящие до эгоизма, того, что делает их столь отвратительными.

Связи и отношения, существующие между людьми, основываются на приверженности одним и тем же «системам знаков», на социальном консенсусе, в котором каждый протягивает другому зеркало, которое он сам желает видеть или желает видеть другой; идеал честного и добропорядочного человека, по выражению Старобинского, представляет собой совершеннейшую взаимность и полнейшее соответствие друг другу.

Правила приличий требуют, чтобы люди относились друг к другу с почтением и выказывали бы уважение, прибегая к мимикрии, свойственной зеркалу. «Вы не проявите неуважения и конечно же поклонитесь тем, кто кланяется вам, и проделаете это с учтивостью, равной их учтивости, — поучает руководство по поведению в светском обществе под названием «Правила галантности и учтивого обхождения», — и никто не должен заметить, что вы ждете, когда другое лицо первым поднесет руку к шляпе, чтобы приветствовать вас, что вы позволяете ему проделать половину дела, прежде чем приступите к поклону сами»³².

Чрезвычайно усердная подготовка к слаженности и согласованности действий, наука «умения подавать ответные реплики», т. е. в ответ на какое-то действие совершать «точную копию» этих действий и подавать другим членам общества соответствующие знаки, наука «соблюдения симметрии», абсолютный конформизм, приспособленчество к принятым нормам поведения и строгое следование им, — все эти явления достигали кульминации во время празднеств в Версале, где все было расписано как по нотам и где все и вся вращалось вокруг царственного актера и образца поведения.

В Версале все словно находилось во власти чар зеркала, не только сам королевский дворец, чье отражение повторяло все красоты на гладкой, зеркальной поверхности вод; не только симметричность архитектурного решения, при котором все детали либо удваивались, либо, если сказать иначе, как бы расщеплялись надвое; и не только повторяемость движений в зеркалах, нет, прежде всего эта магия зеркального отражения ощущалась в правилах этикета, в соответствии с коими придворные должны были отвечать одинаковыми реверансами, на любезность следовало отвечать любезностью, на взгляд — взглядом. Двор сам себя воспринимает как некое театральное зрелище, каждый хочет видеть всех, видеть себя и быть увиденным всеми, каждый пребывает в состоянии восхищенного нарциссического ослепления, и все взгляды сливаются воедино в одной точке: в глазу Короля-Солнце, распределяющем свои лучи в соответствии со своей волей. Умение выставить себя напоказ, кичливость и хвастовство увеличивают вдвое, т. е. отражают власть, вес, влияние, и огни рампы заливают своим искусственным светом эту сцену театра отражений в зеркалах, повторяющих и множащих красоты сего места повсюду, «увеличивают силу сияния бриллиантов, коими украшают себя придворные, настолько, что среди ночи восходит заря нового дня»³³. Задуманная для того, чтобы способствовать процветанию Королевской мануфактуры по производству зеркал, Зеркальная галерея превратилась в театр, приспособленный для проведения своеобразных «смотров» или «парадов» общества, очень закрытого и склонного к самолюбованию; в ее зеркалах и отражается облик этого общества, члены коего были, если прибегнуть к языку сравнений, гранями сложного, многосоставного «Я». Таким образом происходил процесс осмоса, т. е. взаимопроникновения и взаимовлияния между изображением социальной группы и изображением индивидуума, процесс отражения одного в другом, когда порядочный человек становился двойником или отражением социальной группы, а группа в целом — двойником или отражением порядочного человека.