Истребитель

– Здесь и здесь вы должны были пересекать зону ответственности старших офицеров в бронекостюмах. Вы их видели?

– Нет, их там не было. Ребята? Извините, сэр, – отрицательно покачал головой ефрейтор.

– Плохо. – Саша посмотрел на карту. – Черт. Ну, значит, будем двигаться по разным сторонам улицы и осматривать дома. Не заметить бронекостюм, если он не в режиме камуфляжа, достаточно проблематично. Готовы?

– Сэр, может, не надо? – со слабой надеждой в голосе спросил один из рядовых, вернувшихся с рейда. Но под хмурым взглядом замолк и встал в колонну.

– Готовы? – спросил лейтенант и, не дожидаясь подтверждения, открыл дверь. По улице прямо перед ним шли несколько – Саша затруднился их назвать – больных? Но они не обращали внимания на солдат и спокойно шагали к телевизионной башне, которую можно было увидеть с любой точки в городе. – Людей не трогать, не кричать, двигаемся быстро, но тихо.

Его расширенное отделение, четырнадцать человек, выдвинулось к первой точке. На дороге, освещавшейся редкими уцелевшими фонарями, им то и дело встречались одинокие путники, иногда это были пары или группы. Они ничем и никем не интересовались, просто двигались своей дорогой, слегка постанывая и тихо щелкая зубами.

– Сэр. Куда они все идут? – не выдержав, спросил один из солдат, подразумевая, что начальству виднее.

– К телевышке, – спокойно ответил Александр. Он осматривал характерные следы, оставленные боевым доспехом. Они вели в том же направлении. – Нам, судя по всему, туда же. – Он выпрямился, оглядывая улицу. Да, что-то важное было связано с этой чернеющей башней. – Выдвигаемся дальше, внимательно смотрите по сторонам, ищите любые признаки нашей техники.

– Лейтенант, – окрикнул его ефрейтор. – Вам это будет интересно.

– Что там?

– Дроны. Они просто стоят и не двигаются.

Саша подошел к перекрестку: нет, подчиненный был не прав – увы, они не просто стояли. Манипуляторы роботов с острыми зубьями были подключены к электросети. Дройды заряжались.

– Пипец, – пробормотал он тихим шепотом. – Обходим…

Один из роботов отцепил манипулятор от провода и, поймав в объективы камер ефрейтора, тихо запищал. Обычным слухом было не различить то, что он услышал. Это был такой же стрекот, как и у людей на улице, но настолько быстрый, что сливался в единый звук.

– Зачем им общаться звуками, если они связываются по радиоканалам? – удивленно сказал Саша, глядя на полутонную машину, стоящую в двадцати метрах.

Визг шин отвлек его от праздных размышлений. Набирая скорость, робот стремительно приближался к ефрейтору, и солдат, не выдержав, побежал. Кто же не побежит, зная, что на тебя несется полимерная сталь и электродвигатель мощностью в пятьсот лошадиных сил? Только тот, кто точно знает протоколы в механизме действия таких дройдов.

И он знал. Нет, лейтенант не учил их специально, просто это были вводные данные. Три закона робототехники, пусть и адаптированные под военные нужды, но они оставались неизменны. Робот не может своим действием или бездействием нанести вред человеку. Это может сделать только другой человек, если он берет робота под контроль.

Александр сделал то, что остальные побоялись. На что были не способны. Он сделал шаг вперед, а затем еще один, преграждая дрону путь.

– Сэр! Он же вас раздавит! – донесся сзади голос младшего сержанта. Но он не пошевелился.

В последнее мгновение дройд взвизгнул шинами и в миллиметре от Саши свернул, врезавшись в стену. Сделав быстрый выпад, лейтенант одним движением вытащил из приборной панели ручку-предохранитель. Робот пискнул и затих. Теперь второй!

Взглянув на дрона, Саша почему-то сразу понял, что сейчас алгоритмы заставят его ретироваться. Вот только выезд был всего один, и упускать его он не собирался. Робот поднимает свой крупнокалиберный пулемет чуть выше головы Александра. Черт, интересно, а робот может причинять вред человеку не напрямую? Проверять не хотелось.

Длинная очередь выбивает из бетонной стены мелкую крошку, пули свистят над Сашиной головой. Но отвлекаться нельзя. Только вперед, Рывок! Мышцы ног напрягаются и распрямляются так быстро, что, участвуй он в Олимпийских играх, обязательно взял бы золото по бегу. Робот делает полукруг, уходя от втянутой руки Александра. Не достать. Хронос! Время замедляется, секунды тянутся, как капля меда. Как рука к кольцу парашюта. Есть! Пальцы смыкаются на предохранителе. Остальное дрон сделал сам; удирая от лейтенанта, он оставил в пальцах предохранительную плату и, проехав пару метров по инерции, уперся дулом в стену. Готов.

– Запомните хорошенько. Человеку может навредить только другой человек, – спокойно заявил он, повернувшись к солдатам. – Таково правило нашего мира. Правило, которое мы свято охраняем и бережем. Надеюсь, теперь понятно, что надо в следующий раз делать, если на вас несется дройд?

– Так точно, – кивнул ефрейтор. Саша улыбнулся. Кажется, он только что завоевал их уважение.