Истребитель

– Внутрь, ребята! – прокричал кто-то, и, оглянувшись, Александр увидел, как открываются металлические двери отделения хирургии. Название висело прямо над входом. А еще он увидел, как к открытой створке бросается очередная тварь. Выпущенная им пуля попала прямо в висок зомби, разрывая череп, как спелую тыкву. Однако вслед за ним уже бежал второй. Вырвавшаяся вдруг в коридор толпа окружила их с двух сторон, и было слышно, как дверь захлопывается за их спинами.

– Костя! В круг! – закричал Саша, толкая перед собой каталку, чтобы создать хоть какое-то препятствие зомби. Команда вырвалась у него из головы непроизвольно, на уровне инстинкта, но даже лейтенант понимал, что сейчас это, возможно, единственный вариант.

Выстрел, перевести на следующую цель, выстрел. Четырнадцать ощетинившихся стволами бойцов, зажатых посреди коридора, выстрелы, сливающиеся в одну нескончаемую очередь. И падающие, умирающие почти при каждом нажатии на спусковой крючок противники, тающая толпа врагов.

Однако и патроны тают, и гораздо быстрее. Вот один из бойцов перешел с автомата на пистолет, второй. Черт! Так ведь и у него патроны могут закончиться. При очередной смене магазина Саша быстро пробежал рукой по пустеющим подсумкам. Последний. А зомби еще под сотню. Прицелиться, выстрелить, не паниковать, думать.

А что можно придумать, если ты зажат посреди пустого коридора, а враги напирают и сзади, и спереди? Вот только откуда они берутся? Те, которые позади, – понятно, там целая клиника с входами и выходами, но откуда они лезут с этой стороны? Саша присмотрелся. Над дверью, из которой то и дело выскакивали зараженные, висело темное табло со значком выхода. Спускающегося зеленого человечка. «Лестница!» – догадался Александр.

– Гранату! – требовательно протянул он руку, даже не глядя. И, почувствовав знакомую тяжесть в ладони, отработанным движением вытянул чеку. Он никогда не был особенно талантлив в метании, но сейчас нужно было выложиться на все сто процентов. Сделав подшаг вперед, он со всей силы метнул шар, метя в открытые створки. Граната ударилась о косяк и глухо упала вниз. Взрыв раздался спустя секунду.

Несколько зомбированных упали, сбитые ударной волной, высвобождая узкий коридор между лестницей и оставшимися врагами.

– За мной! – крикнул Саша, бросаясь вперед. Он стрелял почти не целясь, лишь стараясь убрать врагов со своего пути, и это ему удавалось. Зомби падали один за другим, и начало казаться, что они пройдут без проблем. Когда крик, полный животного страха, смешанного с болью и отчаяньем, заставил его обернуться, но не остановиться.

Кристина бежала прямо за ним, еще два бойца тоже. Но остальные… Очередная порция зомби, вывалившаяся с лестницы, сбила бойца с ног, отрезая дорогу. Саша развернулся, чтобы расчистить проход, но тут увидел, как павшего солдата буквально разрывают зубами. Когти легко разрезали ткань, состоящую из сотен слоев прочнейшего волокна.

– Костя! – в отчаянии закричал Александр, пытаясь разглядеть друга за спинами врагов.

– Отходите! – раздалось из плотной толпы зомби. Но старлей не собирался оставлять здесь друга. Выстрел, перевести, выстрел, перевести… Один выстрел – один труп. Одна пуля – одна продырявленная голова. Он палил как заведенный, не останавливаясь ни на секунду. Он не уйдет, не бросит или не простит. Последний магазин, патроны быстро подходят к концу. Крики сменяются слабыми стонами, где-то там его друг, и он…

– Сэр, надо отступать, – крикнул боец, стоящий рядом.

– Нет, – отрезал Александр. – Мы их не бросим.

– Но, господин…

– Нет, – все, он пуст. – Выхватив пистолет, он одним движением передергивает затвор. Три магазина, шестьдесят патронов. Он еще повоюет.

– Саша! – Резкий крик Кристины заставил его на секунду повернуть голову. – Там некого больше спасать, спаси нас!

Оглянувшись, старлей понял, что он теперь не один и отвечает за этих бойцов, которые очень хотят жить. И за девушку, которая вроде как его, а вроде и нет.

– Прости, Костя, – пробормотал Александр, отступая. Пока девушка молотила руками и ногами в закрытую дверь, они по одному отстреливали приближающихся противников, паля только наверняка. Легкие пистолетные пули не были бронебойными и иногда застревали даже в толстой лобной кости, хотя среди зомбированных такие попадались уж что-то слишком часто. Ему пришлось раз восемь стрелять повторно в одни и те же цели, чтобы убедиться, что они поражены.

– Быстрее, заходите! – истерично закричала какая-то женщина, открывая двери. Дважды повторять ей не пришлось, они вчетвером забежали в помещение и подперли створку столом. Старлей огляделся: десяток женщин, двое мужчин. Ни одного солдата.

– Что случилось с вашей охраной? – спросил он, проверяя патроны. Остался один магазин с десятком и один полный, итого тридцать. Мало, с таким количеством туда не стоит даже соваться.

– Они ушли за профессором, – сказал мужчина в халате. – И не вернулись.

– А где профессор? – спросил Александр, понимая, что Агросова в помещении нет.