Исцеление от страха

Один из грабителей потребовал у меня кошелек. Мое безмятежное «я» следило за тем, как я достаю кошелек из-под сиденья и протягиваю в окно. Добыча злодеев оказалась скромной: несколько долларов, пара кредитных карточек и губная помада. Один из них порылся в кошельке своими мясистыми пальцами с массивными золотыми кольцами, вытащил водительское удостоверение и сунул его в карман. Он наклонился ко мне (я почувствовала запах перегара) и вытащил из волос серебряную заколку. Моя прическа рассыпалась, и волосы закрыли лицо.

Я слышала, как один из парней кричал Ребекке: «Вылезай из машины!» Мое безмятежное «я» послало ей беззвучный ментальный сигнал: «Делай, как они велят, и мы не пострадаем». Но моя сестра пыталась противодействовать человеку, забиравшему ее фотоаппарат.

«Да хоть пленку оставьте!» – просила она.

Бандит повторил: «Вылезай из машины!» Краем глаза я заметила дуло пистолета, приставленное к виску Ребекки. Наконец она уступила и вышла ко мне. Мы встали с поднятыми руками, прижавшись лицом к холодной цементной стене туннеля. Мое безмятежное «я» подсказывало: «Просто дыши. Не делай резких движений». Когда в затылок уперлось дуло револьвера, тело мое задрожало, через меня будто бы прошел электрический разряд, желудок подступил к горлу. Я не чувствовала никакой боли, но по лицу потекла теплая жидкость. Я стерла ее рукой и посмотрела, что там, ожидая увидеть кровь, к которой привыкла, ведь я была врачом. Но это оказался пот.

Я попыталась оценить наше положение, включив все органы чувств. В воздухе стоял запах пороха, можно было слышать шаги по асфальту и неровное дыхание нападавших. Я прислушалась, не едут ли по шоссе другие автомобили, но их не было. Я чувствовала, что Ребекка находится рядом и ведет себя даже спокойнее, чем я. Ветер трепал мои волосы, и они лезли в глаза. Я не могла ничего видеть, поэтому остальные мои чувства были обострены.

Вскоре я услышала выстрел. Не застрелили ли они мою сестру? На меня нахлынула волна паники, и я поняла, что лучше быть убитой самой, чем пережить смерть близкого человека. Но Ребекка кашлянула, и я вздохнула с облегчением: значит, мы обе живы.

Держа пистолеты наготове, люди в масках приказали нам повернуться, стать за машиной и лечь лицом на асфальт. Мы сделали, как было сказано, и тогда один из нападавших проревел: «А сейчас не двигаться!» Раздался грохот выстрелов, и острые камни посыпались на мои ноги. Затем наступила тишина, сменившаяся вскоре тяжелым дыханием, приглушенным шепотом (слова я не могла разобрать) и звуком быстрых шагов. Двери автомобиля открылись и закрылись, наконец машина завелась, послышался визг колес и все успокоилось.

Я лежала довольно долго и все еще ощущала щекой жар от удара об асфальт, когда к месту происшествия подъехал автомобиль. Его двери открылись, потом захлопнулись. В туннеле раздался мягкий мужской голос: «Эй, с вами все в порядке?»

Я поднялась и увидела двоих мужчин в охотничьей одежде, стоявших возле нас: «Дамы, вам нужна помощь?» Опасность миновала…

Страх бывает вашим другом

Во время ограбления мое тело и разум испытывали подлинный страх – вид страха, издревле известный человеку, когда существует прямая угроза жизни. У меня страх вызвал реакцию, которую гарвардский физиолог Уолтер Кэннон десятилетия назад назвал реакцией стресса, т. е. «спасайся бегством или борись». Включился механизм выживания, были задействованы все системы организма, в случае если бы мне понадобилось бежать от нападавших или предпринять какие-то титанические усилия для спасения жизни (своей или Ребекки). Когда вам к виску приставляют револьвер, страх следует приветствовать, он защищает вас, мобилизуя все ваши ресурсы.

Если бы люди не знали этого подлинного страха, они могли бы выйти на проезжую часть и попасть под машину, обняться с гремучей змеей, прыгнуть с самолета без парашюта, зайти в опасный квартал в два часа ночи или оставить дитя, не умеющее плавать, без присмотра у плавательного бассейна. Когда же включается заложенная в нас реакция на стресс, то естественные механизмы выживания помогают нам и нашим близким. Таким образом, этот спасительный вид страха способен принести пользу здоровью и даже спасти жизнь.

В древние времена люди гораздо чаще испытывали нужду в природном инстинкте самосохранения. Они были весьма уязвимы и становились легкой добычей хищников, жертвами стихийных бедствий, голода, болезней. Ситуация с тех пор существенно изменилась: очень немногие из читателей этой книги рискуют быть съеденными тигром или умереть от голода.

Большинство страхов, пожирающих нас в настоящее время, существуют лишь в нашем воображении. Они не представляют собой реальной угрозы, но мозг не чувствует разницы, поэтому нервная система получает сигнал реагировать, когда это вовсе не является необходимым. В итоге охранные механизмы разлаживаются и мы чувствуем необоснованный страх, а это вредит здоровью и ведет к страданиям, которых можно было бы избежать.