Юля. Второе дыхание

Результаты первого и второго туров известны не только всей Украине. О них знают и в мире. Подсчет голосов после первого тура длился десять дней, и Ющенко опережал Януковича на каких-то 0,55 %. Результаты второго тура объявили с рекордной скоростью – уже в полдень 22 ноября избирателям сообщили: за Виктора Януковича свои голоса отдали 49,57 %, а за Виктора Ющенко – 46,57 %. Таким образом, кандидат от власти вопреки своей непопулярности в народе стал президентом Украины. Его с этим фактом дважды поздравил Владимир Путин.

Имели место фальсификации. Это доказано в судебном порядке. Но власть тогда допустила, по мнению политических аналитиков, одну существенную ошибку. Результаты надо было корректировать уже после первого тура. Ведь, по логике, лидер первого тура должен лишь подтвердить свое лидерство во втором. Но о таких вещах тогда никто не думал. Хотелось быстрее поставить на выборах точку и лишний раз подтвердить свою власть. А заодно – реальное отсутствие выбора у граждан при формальном наличии огромного количества кандидатов и активно действующей оппозиции.

На самом деле власть лишь спровоцировала оппозицию к радикальным действиям. Уже до конца 2004 года их назовут «оранжевой» революцией.

Глава XI. МАЙДАН

1. Есть у революции начало. – 2. Вездесущая Юля. – 3. Атака на Верховную Раду. – 4. Компромиссы как конец революции

«"Полевые командиры Майдана" подчеркивают, что одной из главнейших составляющих Майдана, которое укоренилось в сознании людей, было единство Виктора Ющенко и Юлии Тимошенко, законно избранного президента и желаемого премьер-министра».

(«Власть и политика», 15 сентября 2005 г.)

«Она была секс-символом Майдана. Я стоял рядом с ней на сцене, и эта женщина меня наэлектризовала».

(Олег Скрипка, музыкант)

Этот раздел для нас наиболее сложен. Ведь уже к началу марта 2005 года, менее чем через два месяца после инаугурации Виктора Ющенко как президента Украины, вышли в свет десять книг, посвященных «оранжевой» революции. А под конец 2005 года число таких изданий уже доходило до сотни. Все они издавались в разных городах, были разного объема, различного полиграфического качества, стоили также неодинаково. Писали или составляли их разные люди. Но содержание было на 90 % одинаковым, равно как и направленность. Серьезной аналитики минимум, пафоса – максимум.

Поэтому не хочется уж в который раз повторять и пережевывать то, о чем уже написаны книжки и сняты фильмы, в том числе художественные. Есть еще одна опасность: через некоторое время те, кого называли и считали одной «оранжевой» командой, перессорились между собой и каждый взял на вооружение ценности Майдана. Тема стала предметом спекуляции, и в первую очередь – политических. Поэтому не хочется к ним приобщаться.

Однако, как бы то ни было, 22 ноября 2004 года на Крещатике возник палаточный городок из числа тех, кто называл себя сторонниками Ющенко. Движение транспорта по центральной улице столицы было перекрыто. На площади Независимости установили сцену, там же смонтировали огромные мониторы, на которых были видны все, кто с этой сцены выступает, и каждый день там собиралось, по разным подсчетам, от полумиллиона до миллиона людей со всей Украины. Они ехали специально арендованными автобусами, поездами, движение которых на западном направлении задерживали или вообще отменяли, кое-кто добирался на собственных автомобилях. Палаточный городок разрастался, киевляне пускали революционеров к себе в квартиры и кормили тех, кто стоял на Майдане.

Одновременно из Донбасса ехали специально сформированные дополнительные поезда, набитые не совсем трезвыми шахтерами, которые не всегда понимали, куда их везут и для чего. Им дали установку: обижают Донбасс, наших бьют, надо защитить свой выбор. Несколько палаток недалеко от Кабмина все же не превратились в палаточный городок, а возле стадиона «Динамо» и на железнодорожном вокзале, где «бело-голубые» обустроили свои форпосты, они долго не продержались, люди массово разъезжались по домам. Кое-кого «оранжевым» удавалось «перековать», но это не было таким уж массовым явлением, как подают сегодня. В общем, каждый остался при своем мнении.