Юрий Хой и группа «Сектор Газа»

Татьяна Фатеева

Для меня было очевидно, что стихи эти с точки зрения стихосложения – очень грамотные и что никакой безграмотностью и кустарщиной здесь и не пахнет. А то, что он несколько фривольный, – это к делу не относится. Зато там все правила соблюдены: образ, композиция, и нет никаких режущих слух оборотов, которые бывают у дворовых поэтов, когда они сочиняют наспех. Я поняла, что стихи писал профессионал, и мне сразу стало спокойно. Если ты делаешь какую-то дребедень, неудивительно, что возникает чувство испанского стыда, когда накосячил кто-то, а неловко почему-то тебе. А тут я поняла, что мне не стыдно, потому что лирика – прекрасная.

Как и многие другие хорошо знавшие и понимавшие Юрия Хоя люди, Татьяна Фатеева говорит о нем, прежде всего, как о поэте.

Татьяна Фатеева

Это было действительно довольно необычно. Потому что такие прикольные и фривольные стихи мы читали у многих поэтов – хоть у Пушкина, хоть у Есенина, хоть у Маяковского. Каждый прикалывается по-своему, и классики тоже играли словами. Главное, что все это они делали талантливо и весело.

Рассудила Татьяна Фатеева просто: раз ей это нравится, то она, пожалуй, споет. Ведь все равно об этом, скорее всего… никто никогда и не узнает.

Татьяна Фатеева

Только вот по поводу последнего я крупно ошиблась. Конечно, на тот момент я понимала, что имею дело с чем-то талантливым, но то, что «Сектор Газа» станет культовой группой, я, естественно, представить не могла. Юрка воспринимался как простой парень, у которого вдруг оказались грамотные стихи. Я подумала, есть же у нас такие самородки – здорово, интересно. Тем более никаких ханжеских предубеждений у меня вообще по жизни не было. У меня всегда есть свое мнение по поводу любых вещей. Но даже тогда я помыслить не могла, что окажусь рядом с, не побоюсь этого слова, гением.

Волей-неволей с этой мыслью ей пришлось вскоре смириться. Приехав в самом начале 90-х поступать в Москву в Гнесинку, Татьяна Фатеева испытала настоящий культурный шок.

Татьяна Фатеева

Из первого же киоска звукозаписи на меня обрушилась «Лавочка». У меня сразу была нестандартная реакция – пригнуться и убежать подальше от этого ларька… Это сейчас все понятно, а тогда было вообще неясно, как это воспринимать. Может, это какая-то облава, и сейчас меня будут арестовывать. Я точно была не готова к тому, что приеду в Москву – и тут наша с Юрой запись вдруг на меня рухнет. А я-то еще наивно думала, что никто и никогда ее не услышит! Откуда же я могла знать, что Юра договорился со студиями звукозаписи о распространении своих альбомов? Оказалось даже, что эта песня не просто популярна, но уже мелькает в различных хит-парадах.

Глава XВ Москву