Юрий Хой и группа «Сектор Газа»

При этом тот же Привалов прекрасно понимал, что изюминка «Сектора Газа» – в виртуозном балансировании на стыке жанров – порою взаимоисключающих.

Алексей Привалов

Помнишь, тогда была такая группа «Скандал»? Вот они тоже такие: по форме – рок, а по содержанию – попса. При этом они также были немножко на эпатаже. И здесь налицо была разница между формой и содержанием. Наверное, это просто такой правильный маркетинг.

Курьезным получилось общение Юрия Хоя с Максимом Покровским из «Ногу Свело!».

Алексей Привалов

Гриша Шестаков из «Программы А» позвал нас с Юрой на канал «Российские университеты». Там была программа «Муззон», которая шла в дневное время в прямом эфире. Каждую неделю отдавали четыре или пять эфиров какому-то известному музыканту, к которому приходили в качестве гостей другие не менее именитые люди. Мы попали к Максу Покровскому, который тогда был со своей «Хару Мамбуру» просто бомбически популярен в Москве. И вот мы с Хоем забурились к нему на программу. Юра, как обычно, забыл паспорт. На Шаболовке, 37 его проводили в студию с милицией. Вот они беседуют с Максом в эфире, и вдруг Хой уточняет: «Прости, напомни, как тебя зовут?» Как мне показалось, Макса аж немного передернуло…

Богатый каталог рок-исполнителей был у выпускающего лейбла «Сектора Газа» Gala Records – тут вам и «Квартал», и «Колибри», и Найк Борзов. Трудно сказать, чего тут было больше: московско-питерского снобизма или тривиального артистического эгоизма, граничащего с пресловутой завистью, но тот же Найк Борзов, рубивший раньше ненормативный панк-рок в группе «Инфекция», не раз в публичных высказываниях разносил «Сектор Газа» в пух и прах.

«“Сектор Газа” всегда был для меня колхозным панком, – признавался Найк Борзов воронежскому изданию «Молодой Коммунарск» от 16 апреля 2009 года. – А когда я еще узнал, что Хой в органах служил, у меня появилось к нему жуткое отвращение. Кстати, свои первые пластинки я записывал на Gala Records, где как раз выпускали весь “Сектор Газа”. Продюсер компании был их фанатом и постоянно впаривал мне диски. У меня дома была целая стопка альбомов “Сектора Газа”, из которой я дай бог послушал только один».

Чуть благосклоннее к «Сектору Газа» отнеслись представители рэпа, к которому Юрий Хой всегда неровно дышал. По сути, в 90-е это движение только-только зарождалось в России, и одними из его первопроходцев стала группа «Мальчишник», участникам которой, как и «секторовцам», крепко доставалось за «непристойные» тексты. Но зато именно эта команда дала стране такого самобытного исполнителя, как Дельфин (Андрей Лысиков). «Когда группа “Мальчишник” только начала выступать, мы поехали в совместный тур с группой “Сектор Газа”, мы на концертах перед ними играли, – говорил он изданию «ГЧ» от 1 декабря 2005 года. – Мало того, свой первый концерт мы играли тоже вместе с “Сектором”. Это было в Минске. Я не большой поклонник Юры Хоя, но в его стихах встречаются интересные афоризмы».

Зато по поводу «Монгол Шуудана» (у которого среди рок-меломанов начала 90-х была репутация «“Сектора Газа” – только без мата») Юрий Хой отзывался в интервью со сдержанной симпатией, поясняя, что громогласно хвалить коллег в Москве не принято. «Монголы» были «Сектору» «молочными братьями», поскольку тоже выпускались на Gala Records и работали с Алексеем Приваловым. И потенциал Юрия Хоя «монгольский» атаман Валерий Скородед оценил лишь с годами.