Из Кисловодска в Кисловодск. 1918–1919

Большая часть чехословацкой службы Всеволода проходила в частях горной артиллерии: с октября 1926 г. – в 252-м (Домажлица), а с 30 сентября 1928 г. – в 260-м дивизионах (Банска-Штьявница). С 15 января 1938 г. он служил в рядах развернутого на базе последнего 15-го артполка в Топольчанах. В разное время занимал должности командира взвода, аудитора батареи, первого офицера батареи, командира полевой и запасной батарей, командира подофицерской школы, заместителя командира дивизиона и первого помощника командующего полка. Кроме того, с 1 июля до 24 августа 1928 г. он был прикомандирован к 6-му пограничному батальону «Сибирских ударников» в качестве командира 1-й артиллерийской батареи. Русский офицер трижды повышался в звании: 2 декабря 1926 г. до капитана, 1 октября 1928 г. – до штабного капитана и, наконец, 1 января 1937 г. – до майора. Неизменно заслуживая образцовые отзывы командования, он дважды проходил дополнительное обучение: в 1926 г. – курс артиллерийской школы в Оломоуце и в 1935 г. – курс пассивной обороны против авиации. Во время мобилизации 1938 г. Милоданович, командовавший запасным дивизионом 15-го полка, принял под свое командование гарнизон Тополчан[6].

Впоследствии Всеволод вспоминал о своих новых сослуживцах и, зачастую, недавних противниках – бывших австро-венгерских офицерах, сравнив их с военнослужащими российской армии: «Все они были скромными в своих требованиях на жизнь в сравнении с нашими. Их квартиры были маленькими, не для приемов гостей. Любимым развлечением вне службы было просиживать в кофейнях за кружкой пива, прочитать газеты и журналы и встретить всех, кого хотелось. Жалование было меньше, чем у нас, но и жизнь была дешевле. Форма одежды была очень простая, но вследствие изобилия хороших портных, элегантная, одинакового цвета и фасона. Служба была такой же скучной, как у нас, и так же пренебрегалось тактикой. <…> Когда в 1933–1939 гг. я был под командой командира [подполковника Франтишека Вацека. – А.С.], замечательно умного и образованного артиллериста, он, читая мои статьи[7], говорил мне с улыбкой: “Все, как у нас[8].

Его дочь Татьяна вспоминает эпизод, связанный со службой отца: «Папа любил всех животных, я помню, одно время у него в канцелярии на окне появилась мышь. Придя на обед домой, он сказал нам, что ему нужен кусочек сыра, чтобы мышь не была голодной. Мама, правда, не очень одобрила папино намерение, но, конечно, он ушел в казармы с сыром в кармане».

Службу в вооруженных силах Словакии Милоданович начал с момента их создания, 30 марта 1939 г. приняв командование 15-м артполком, но официально в их ряды с сохранением звания майора он был зачислен лишь 14 апреля. При первой реорганизации армии, 1 мая того же года, русский офицер был назначен на должность командира II дивизиона 4-го артиллерийского полка в Спишска-Нова-Вес, а в сентябре, во время войны с Польшей, кроме того, командовал гарнизоном в Спишска-Нова-Вес и Кежмароке. При новой реорганизации армии Всеволод с 15 ноября 1939 г. оказался в рядах 3-го артиллерийского полка, 15 января приняв под командование его I дивизион, дислоцировавшийся в Чемерне, а 30 сентября 1940 г. последовал перевод на должность командира II дивизиона 2-го артполка (размещавшегося отдельно от остальных сил части, в Прешове).

После начала войны между Словакией и СССР, 26 июня 1941 г., дивизион Милодановича вместе со всей армией был отправлен на фронт[9], где нес оккупационную службу, размещаясь в селе Солоньске восточнее западно-украинского Дрогобича, но уже 20 августа снова вернулся к месту постоянной дислокации. С 23 сентября до 22 ноября Всеволод командовал 2-м артполком, вернувшись затем на свою прежнюю должность. С 7 мая 1942 г. он снова замещал командира полка, но уже 1 июня был отправлен на Восточный фронт на должность командира II дивизиона 31-го артиллерийского полка Быстрой дивизии, в составе которой участвовал в ожесточенных боях на туапсинском направлении[10].