Избранные труды

Однако уже в 20-е годы на исследованиях проблемы ответственности должностных лиц стало сказываться формирование командно-административной системы и влияние навязываемого официальной идеологией представления о коренном отличии советского государственного аппарата от аппарата управления буржуазного государства, заключающегося в том, что советский государственный аппарат не стоит над массами, а сливается с широкими массами трудящихся, привлекая их к государственному управлению, что приводит к постепенному уничтожению всякого подобия барьера между государственным аппаратом и населением. Известны ленинские высказывания по этому вопросу.[489] Широко пропагандировались идеи И. В. Сталина о механизме диктатуры пролетариата, включающем в качестве «приводов», «рычагов» и «направляющей силы», «во-первых, профсоюзы рабочих, с их разветвлениями в центре и на местах в виде целого ряда производительных, культурных, воспитательных и иных организаций;…во-вторых, Советы с их многочисленными разветвлениями в центре и на местах в виде административных, хозяйственных, военных, культурных и других организаций, плюс бесчисленное множество самочинных массовых объединений трудящихся..; в-третьих, кооперация всех видов со всеми ее разветвлениями..; в-четвертых, союз молодежи… наконец, партия пролетариата, его авангард».[490]

В первом издании учебника «Уголовное право РСФСР» в 1925 г. А. Н. Трайнин писал, что должностным лицом является субъект, занимающий любую должность в любом государственном органе или органе, выполняющем возложенную законом государственную функцию. Он полагал, что по общему правилу не являются должностными лицами служащие кооперации, лица, принадлежащие к профсоюзному аппарату, и т. д. Они становятся должностными лицами лишь в те моменты, когда исполняют определенную публично-правовую функцию по поручению государства (например: кооперация производит порученные государством хлебозаготовительные операции, член месткома осуществляет надзор за исполнением законов о труде и т. д.).[491] В следующем издании учебника А. Н. Трайнин сформулировал эту позицию не столь резко, но все же утверждал: «Лишь в той мере, в какой та или иная общественная организация является носительницей публично-правовых функций, и в те моменты, когда она эти функции конкретно исполняет, ее органы являются должностными лицами…».[492]

Эта точка зрения была раскритикована А. А. Пионтковским как раз с позиции слияния советского государственного аппарата с общественными организациями трудящихся. Отсюда, по его мнению, должностными лицами являются служащие, входящие в аппарат общественных организаций (профсоюзы, кооперация, жилищные товарищества, осовиахим и т. д.). Только людской состав тех немногих кооперативных объединений, которые ни в коей мере не выполняют общегосударственных задач (например, частное кооперативное издательство с узким кругом членов-пайщиков), не могут быть рассматриваемы как должностные лица. Таковыми не являются и лица, принадлежащие к аппарату религиозных организаций, как не выполняющих общегосударственных задач.[493]

Свертывание НЭПа, ликвидация частных предприятий, акционерных обществ, предприятий со смешанным капиталом, «огосударствление» КПСС, профсоюзов, кооперации, других общественных организаций привели, в частности, к тому, что дискуссия о том, работники аппарата каких предприятий, учреждений и общественных организаций могут признаваться должностными лицами, оказалась беспредметной.[494]

В научных спорах 30-х, 40-х и последующих годов вплоть до недавнего времени, в работах ученых-криминалистов (Н. Д. Дурманов, Б. В. Здравомыслов, В. Ф. Кириченко, Н. П. Кучерявый, Н. С. Лейкина, М. Д. Лысов, В. Д. Меньшагин, А Я. Светлов, А Б. Сахаров, В. И. Соловьев, Б. С. Утевский и др.), в материалах судебной практики обсуждались лишь круг полномочий работников государственных и общественных предприятий, учреждений и организаций, достаточный для отнесения их к числу должностных лиц, и проблемы, связанные с признанием должностными лицами тех или иных категорий работников (врачи, преподаватели, работники торговли, экспедиторы, заготовители, эксперты и др.).[495]

Конституция СССР 1936 г. закрепила государственный характер Коммунистической партии, определив ее как руководящее ядро всех организаций трудящихся, как общественных, так и государственных (ст. 126). Это положение о партии как о руководящей и направляющей силе еще более ярко было записано в Конституции СССР 1977 г. Профессиональные союзы, Союз молодежи, кооперативные и все другие без исключения общественные организации декларировались Конституцией как звенья политической системы общества, создаваемые в целях коммунистического строительства и принимающие участие в управлении государственными и общественными делами, в решении политических, хозяйственных и социально-культурных вопросов (ст. ст. 7, 51).