Избранные труды

Модельный УК рекомендует всем государствам – участникам СНГ при определении пределов действия уголовного закона закрепить в своих национальных кодексах территориальный принцип и принцип гражданства, а также реальный и универсальный принцип. В юрисдикцию государства попадает, прежде всего, преступление, совершенное любым лицом на территории этого государства. Модельный кодекс в ч. 2 ст. 13 устанавливает, что преступление следует считать совершенным на территории соответствующего государства, если оно началось или продолжалось, либо было окончено на территории этого государства, а также, если оно было совершено в соучастии с лицами, осуществлявшими преступную деятельность на территории другого государства. Данный подход представляется наиболее приемлемым. Не случайно это решение в значительной степени воспринято УК Республики Казахстан 1997 г. (ч. 2 ст. 6), УК Кыргызской Республики 1997 г. (ч. 2 ст. 5), УК Грузии 1999 г. (ч. 2 ст. 4), УК Азербайджанской Республики 1999 г. (ст. 11.1), и практически полностью воспроизведено в ч. 2 ст. 14 УК Республики Таджикистан 1998 г., ч. 2 ст. 5 УК Республики Беларусь 1999 г. и ч. 2 и 3 ст. 6 УК Украины 2001 г.

Следовательно, достаточно выполнения какой-либо части преступления или какой-либо функции соучастника, чтобы государство, на территории которого это было исполнено, могло привлечь виновных к ответственности по своему законодательству. Но поскольку другая часть преступной деятельности выполнялась лицом или его соучастниками на территории другого государства, то виновные находятся, таким образом, в юрисдикционном поле нескольких государств. Выход из этой коллизии Модельный УК (ч. 3 ст. 13) видит в положении, согласно которому в случае совершения преступления на территории нескольких государств ответственность виновного лица должна наступать по законодательству этого государства, где лицо привлечено к ответственности. Однако подобное решение должно быть закреплено в договорах между государствами.

Одновременное следование территориальному принципу и принципу гражданства при определении пределов действия уголовного законодательства государства в пространстве неизбежно приводит к коллизиям. Так, например, если гражданин России совершил преступление на территории Белоруссии, то он оказывается в юрисдикционном поле двух государств, поскольку может привлекаться к ответственности и по белорусскому, и по российскому законодательству. В таком же положении оказывается иностранец, совершивший преступление в России.

В случае совершения единичного преступления эта коллизия разрешается сравнительно просто, при условии к тому же, что государства – члены СНГ договорились о невыдаче собственных граждан, совершивших преступление на территории другого государства, но обязались осуществлять в отношении таких лиц уголовное преследование в соответствии со своим законодательством (ст. ст. 57 и 72 Конвенции о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам от 22 января 1993 г.). Модельный кодекс декларирует, что граждане соответствующего государства, а также постоянно проживавшие в нем лица без гражданства, совершившие преступление вне пределов этого государства, подлежат ответственности по его законодательству, если не были осуждены в другом государстве. Иностранные граждане и лица без гражданства, не проживающие постоянно в государстве, подлежат ответственности по законодательству этого государства в случаях совершения ими преступления на территории другого государства, если: а) данное преступление предусмотрено международным договором или б) если совершено тяжкое или особо тяжкое преступление против интересов государства, привлекающего их к ответственности, или его граждан (ст. 14).

Ситуация значительно усложняется, если организованная преступная группа или преступное сообщество, в которые входили граждане различных государств, занимаются преступной деятельностью на территории нескольких государств.

В преступном сообществе могут самостоятельно действовать несколько групп на территории разных государств, но возглавляемые единым центром. В уголовном законодательстве практически всех государств – участников СНГ уже закреплено положение, что лицо, создавшее организованную группу либо руководившее ею, несет ответственность за все совершенные указанной группой преступления, если они охватывались его умыслом. Наконец, многие члены организованных групп и преступных сообществ могут выполнять свою организаторскую, подстрекательскую или пособническую роль вообще не в том государстве, где непосредственно исполняется преступление, и быть к тому же гражданами другого государства.