Избранные труды

Показательно в этом отношении следующее дело. 25 ноября 1961 г. чабаны совхоза «Орловский» (Орловский район Ростовской области) Сулыгин, Каплин и Петров после изрядного употребления спиртных напитков отправились на охоту. По пути к озеру Каплин в состоянии сильного опьянения беспричинно произвел выстрел из охотничьего ружья в Сулыгина и убил его. Никаких мотивов к совершению преступления у Каплина не было, с потерпевшим он находился в самых хороших отношениях. Сам Каплин после протрезвления не мог объяснить содеянного, ссылался на то, что был пьян и ничего не помнит. Если он и впрямь действовал в состоянии глубокого помрачения сознания (заключением судебно-психиатрической экспертизы он был признан вменяемым), то вывод судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда о том, что, «стреляя в Сулыгина из ружья, заряженного дробью, с близкого расстояния, Каплин предвидел и сознательно допускал наступление смерти», является неправильным[1432]. Совершенно очевидно и то, что, напиваясь пьяным, Каплин не допускал мысли совершить убийство Сулыгина. Следовательно, исходя из конструкции, разделяемой А. Б. Сахаровым и другими криминалистами, Каплин должен отвечать за неосторожное убийство.

Такой подход привел бы на практике к ослаблению борьбы с тягчайшими преступлениями, совершаемыми в состоянии глубокого опьянения. И, тем не менее, при действующей конструкции ответственности за совершение преступлений в бессознательном состоянии, вызванном опьянением, такой подход практически является единственно возможным. Предлагаемые изменения в законодательстве по рассматриваемому вопросу сделали бы эту конструкцию более совершенной и эффективной.

Раздел IVАвторефераты кандидатской и докторской диссертаций

Предисловие к автореферату кандидатской диссертации[1433]

Давно это было… Как молоды мы были! Как верили в безграничные возможности развития науки и общества!

1964 год. Июнь месяц, 20-е число. Провинциальный областной центр – Воронеж. Университет. На юридическом факультете в третий раз за свою историю заседает недавно образованный совет по присуждению ученых степеней.

В составе совета профессора: В. Е. Чугунов, В. С. Основин, О. В. Смирнов, доценты: В. В. Труфанов, С. И. Сирота, В. Ф. Зудин, И. А. Галаган, Б. И. Мелехин, А. М. Даниелян, В. Н. Скобелкин, прокурор области B.C. Жгутов и др.

На рассмотрение вынесена моя кандидатская диссертация «Уголовно-правовая борьба с умышленными убийствами». Большой том, 520 страниц машинописного текста.

Здесь же и официальные оппоненты, известные ученые – доктор юридических наук, профессор Александр Борисович Сахаров из Москвы и тогда еще кандидат юридических наук, доцент (вскоре – доктор и профессор) Иосиф Соломонович Ной из Саратова. В качестве головной организации выступает Институт государства и права Академии наук Украины.

В зале много народа. Юридическая общественность Воронежа еще не привыкла к таким защитам.

Мне предоставляют слово для доклада основных положений диссертации, выносимых на защиту. Взволнованный, поднимаюсь на трибуну.

Всему этому предшествовали неординарные события.

По окончании в 1959 г. юридического факультета Ростовского университета я был направлен на работу в прокуратуру Ростовской области. Сначала был стажером, затем старшим следователем прокуратуры г. Новошахтинска. Получил первый классный чин – «юрист 3 класса» (т. е. «лейтенант»). Не знал тогда, что смогу дослужиться до «государственного советника юстиции». Работа была нелегкой (по 15–20 дел в производстве), но я с нею в целом справлялся. В городской прокуратуре был прекрасный коллектив единомышленников. Подобного коллектива я после этого уже никогда не встречал. Пришли и первые успехи в расследовании неочевидных тяжких преступлений, первые официальные поощрения. Университетские мечты о научной работе (я был сильно увлечен уголовно-процессуальной проблематикой, имел к тому времени уже опубликованные работы) отступали на задний план.

И вдруг, как снег на голову, пришло приглашение из Воронежского университета поступить к ним в очную аспирантуру по специальности – уголовное право… Дело в том, что из Ростова в Воронеж к тому времени переехали на постоянное жительство хорошо знавшие меня по учебе на юрфаке Ростовского университета бывший декан факультета, доцент (вскоре – профессор) Владимир Евгеньевич Чугунов и профессор (чуть ли не с дореволюционных лет) Николай Николаевич Паше-Озерский.

Трудно далось мне решение. Но, в конце концов, я поступил в очную аспирантуру по кафедре уголовного права, процесса и криминалистики Воронежского университета.

К тому времени я был уже женат. Галина Дмитриевна только что окончила юридический факультет Ростовского университета.