Избранные труды по общей теории права

В тех же случаях, когда избирательное право строится как защита интересов (цензовое право), а не личное право, там возможно говорить об избирательной недееспособности, ибо здесь возможно осуществление этого права через представителя: лицо, имеющее известный интерес, охраняемый его избирательным правом, является правоспособным, и только в силу несовершенства своих психических свойств или по иным мотивам признается неспособным это право осуществлять. Это объясняет нам тот факт, что в старом режиме женщина с цензом могла передавать свое избирательное право мужу или сыну, военный также мог передать его сыну; на местных выборах, построенных не на личном начале, а на имущественном интересе, за женщин и лиц, не достигших 25 лет, подавали голос их представители, которые либо назначались самими обладателями избирательного права в случае их совершеннолетия, либо выступали в качестве опекунов и попечителей несовершеннолетних и малолетних. Имущественный интерес давал избирательное право даже юридическим лицам, за которых подавали голос их представители. Во всех этих случаях лиц, имеющих право выбирать, но не способных лично осуществлять это право, можно назвать правоспособными, но не недееспособными.

Однако такое построение избирательного права, как охраненного имущественного интереса, в настоящее время сохранило только теоретический интерес и совершенно исчезло из государственной жизни; потому теперь говорить об избирательной недееспособности нет смысла. Возможна только избирательная неправоспособность, как и вообще политическая неправоспособность, ибо, по общему правилу, политические права могут быть осуществлены только теми, кому они принадлежат.

Таким образом, как общее правило, допускающее только исключения, возраст может служить причиной недееспособности в частном праве и неправоспособности в публичном праве. Такое же значение имеет пол: на Западе в некоторых странах женщина неправоспособна в сфере политической, и недееспособна – в гражданской. В политической сфере она не способна даже иметь права, а в гражданской – она правоспособна, но осуществлять некоторые свои права без согласия мужа или отца она не может. Так было при старом порядке и в России: женщина имела активную вексельную правоспособность, т. е. могла быть кредитором по векселю, но лишена была вексельной дееспособности, т. е. не могла выдать векселя без согласия мужа (такой вексель имел значение обыкновенного долгового обязательства, но не силу векселя). Поэтому здесь мы имеем дело с вексельной недееспособностью, а не с вексельной «неправоспособностью», ибо правоспособность имеется, но нет способности своим собственным действием, без согласия мужа или отца, выдать вексель. Между тем и здесь говорят о вексельной «правоспособности».[205] Но когда говорят об ограничениях для выдачи векселей, то имеют в виду способность самостоятельно своею собственной подписью обязываться по векселю; тот, кто лишен этой способности (например, если подпись должна быть скреплена чьим-нибудь согласием), ограничен в своей дееспособности, а не в правоспособности. Способность иметь обязанности, как мы видели, есть пассивная правоспособность, но эти обязанности могут быть созданы не действиями самого обязанного: если, например, опекун выдает вексель за малолетнего, то это возможно потому, что малолетний имеет пассивную правоспособность, т. е. способность нести обязанности по векселю. Эта пассивная правоспособность имеется у малолетнего, как и у всякого недееспособного, но правоспособного, – и если малолетний или женщина на Западе ограничены в способности самостоятельно обязываться по векселю, то это не «ограничение пассивной вексельной правоспособности», а ограничение пассивной вексельной дееспособности.

Таким образом, активной правоспособности как способности иметь права соответствует активная дееспособность, т. е. способность своими собственными действиями приобретать права. А пассивной правоспособности, т. е. способности иметь обязанности, соответствует пассивная дееспособность, т. е. способность своими действиями создавать эти обязанности.