Читаем Избранные труды по общей теории права полностью

Наконец, по общим началам процесса, частью принятым в Советском законодательстве, частью им отрицаемым, при рассмотрении спора о праве публичном суд ищет не формальную, а материальную истину, т. е. независимо от воли сторон, участвующих в судебном процессе, независимо от того материала, который они суду доставляют, от тех доводов и доказательств, которые они приводят, суд исследует вопрос о праве публичном и собственными средствами добивается объективной истины, выросшей из убеждения самого суда, а не только из борьбы сторон (так называемый следственный порядок). Напротив, в гражданском процессе суд устанавливает только формальную истину, т. е. частные права выясняются по доказательствам и доводам сторон, которые борются, «состязаются» перед судом, а суд лишь подводит итоги процессуальной борьбы сторон, помогая каждой из сторон в ее стремлении осветить дело; но сам суд не ищет и не собирает доказательств, а только оценивает доказательства, представленные сторонами (так называемый состязательный порядок). Таким образом, в следственном порядке суд ищет истину, а стороны, т. е. частные лица, заинтересованные в ходе и исходе дела, суду помогают; в состязательном же порядке, напротив, судебную истину – стороны, а суд им в этом помогает.[145]

Таковы принципиальные различия между порядком защиты частных и публичных прав. Но едва ли существует такая система, где эти различия в чистом виде реально существовали бы.

Логические противоположности исторически смешиваются и координируются, так что можно говорить только о преобладании одних элементов над другими, но не об исключении одних другими в одном и том же процессе. Например, в гражданском процессе, т. е. при разрешении споров о частном праве, преобладают элементы состязательные, а в уголовном или административном процессе преобладают элементы следственные.

Особенно много справедливых нападок вызвал принцип состязательности, принятый в гражданском процессе на Западе. В своей критике проекта гражданского уложения Германии, так называемого BGB (B"urgerliches Gesetzbuch), Ант. Менгер особенно обрушивается на пассивность гражданского суда, который только следит за состязанием, т. е. за борьбой сторон, но формально не вправе помочь ни одной из них.

Затем, дело, начатое судом, движется только до тех пор, пока его толкает заинтересованная сторона, и как только у нее не хватает активности или знания условий процесса, дело останавливается, подобно испорченным часам, которые ходят только тогда, когда их встряхивают, и затем тотчас останавливаются, пока не получат нового толчка.

Наконец, неимущие, которым так же нечем заплатить адвокату, как и врачу, обращаются к дешевой юридической помощи так же поздно, как и к врачу, когда дело их так же запущено, как их тело. Имущий же противник вовремя приглашает опытного и образованного юриста, который получает дело в ясном и законченном виде, и при таком фактическом неравенстве принцип состязательного равенства служит имущему против неимущего. Справедливость этих замечаний, признанных частью в юридической литературе, частью в судебной практике, не подлежит спору. Необходимо отказаться от чистого принципа состязательности и сделать суд более активным, входящим в существо положения сторон в процессе и помогающим той стороне, которая в этой помощи нуждается. Суд не может быть поставлен в положение арбитра, пассивно следящего за состязанием борцов и только констатирующего, кто из них сильнее, но не имеющего права вмешаться в борьбу, если в ней не нарушаются правила борьбы, и в частности принцип формального равенства. Суд вправе и обязан активно вести процесс, а не быть в нем пассивным зрителем.

Сообразно с этими принципами ст. 5 ГПК РСФСР постановляет: «Суд обязан всемерно стремиться к уяснению действительных прав и взаимоотношений тяжущихся, почему, не ограничиваясь представленными объяснениями и материалами, он должен посредством предложенных сторонам вопросов способствовать выяснению существенных для разрешения дела обстоятельств и подтверждению их доказательствами, оказывая обращающимся к суду трудящимся активное содействие к ограждению их прав и законных интересов, дабы юридическая неосведомленность, малограмотность и подобные тому обстоятельства не могли быть использованы им во вред. При этом суд разъясняет обращающимся к нему сторонам их процессуальные права и необходимые формальности, предупреждая о последствиях, связанных с процессуальными действиями или упущением их».

Перейти на страницу:

Похожие книги

История военных судов России
История военных судов России

Военным судам России 300 лет.В январе 2002 г. Прокуратура России отметила свое 280-летие. За точку отсчета взят Указ Петра I от 12 января 1722 г. об учреждении должностей генерал-прокурора, обер-прокурора и прокуроров коллегий, которые контролировали работу Сената и его аппарата. Назначены были прокуроры и в другие учреждения, в том числе и в Военную коллегию Сената, откуда и начинает свой отсчет времени военная прокуратура.Интересно знать, когда возникли в России суды, в том числе и военные. По словам профессора Дмитриева («История судебных инстанций», Москва, 1859 г.) в Московской Руси до 18 столетия повсеместно существовало правило «кто управляет, тот и судит». Вследствие этого право суда принадлежало князьям и воеводам, а в народных ополчениях (в войске) их начальникам (тысяцким). В период создания регулярной армии при Петре I появились военные суды. До появления знаменитого Воинского Устава 1715-1716 гг., положившего начало всему последующему военному и военно-уголовному законодательству России, в начале 18 столетия было издано два военно-уголовных устава: «Уложение или право воинского поведения», изданное 27 января 1702 г., а в 1706 г. – «Краткий Артикул». В этих документах имелись постановление о воинских преступлениях, о системе наказаний за эти преступления, а также о судоустройстве и судопроизводстве. О военном суде говорится как о коллективном органе, который должен был решать вопрос о виновности лиц, совершивших преступления. Названные правовые акты применялись в войсках, участвовавших в Северной войне, под командованием фельдмаршала Шереметова и Меньшикова. Таким образом, точкой отсчета появления военных судов России следует считать 27 января 1702 г. Следовательно, им 27 января 2002 г. исполняется 300 лет. Более подробная регламентация судоустройства и судопроизводства в военных судах дана в «Кратком Артикуле» 1706 г., а затем – в первой части Воинского Устава Петра I, изданного 26 апреля 1715 г. Первый постоянно действующий военный гарнизонный суд (Московский) был образован Указом Петра в 1723 г. для рассмотрения, преимущественно, дел о лицах, уклонявшихся от военной службы, задержанных в Москве. Как и ныне, в то время этих дел было больше в Московском гарнизоне.Заместитель Председателя Верховного Суда РФ –Председатель Военной коллегиигенерал-полковник юстицииН. А. Петухов«24» января 2002 г.Сведения об авторе: Петухов Николай Александрович, заместитель Председателя Верховного Суда Российской Федерации – председатель Военной коллегии Верховного Суда, заслуженный юрист Российской Федерации, судья высшего квалификационного класса, генерал полковник юстиции, член Научно-консультативного совета при Верховном Суде Российской Федерации, доктор юридических наук, профессор кафедры Военной администрации, административного и финансового права Военного университета, лауреат премии «Фемида-99» за вклад в созидание демократического общества и развитие институтов правового государ

Николай Александрович Петухов

Юриспруденция / Образование и наука