Избранные труды. Том I

Но судебно-арбитражная практика в разрешении таких дел идет совершенно иным путем. Ленинградская бумажная фабрика № 2 производила для Окуловского целлюлозно-бумажного комбината набивку бумагой каландровых валов. Очередную партию валов, сданных заказчику в январе 1951 г., последний забраковал, так как в процессе их использования было установлено, что набивка бумагой произведена с недостаточной плотностью, вследствие чего образовались так называемые воздушные подушки между стержнем вала и бумагой. Фабрика пыталась уклониться от уплаты штрафов за недоброкачественность исполнения работ на том основании, что она была лишена возможности проверить их качество, так как подобная проверка потребовала бы вскрытия каждого вала. Вместе с тем фабрика сообщила, что ею привлечены к материальной ответственности конкретные виновники брака. Этого и было достаточно, чтобы у арбитража Министерства лесной и бумажной промышленности СССР, рассматривавшего данное дело, не оставалось никаких сомнений в виновности фабрики и в необходимости возложить на нее материальную ответственность. И хотя администрация ответчика обратила внимание арбитража на то, что она сделала все от нее зависящее в области надзора за выполнением работ, это обстоятельство не было, да и не могло быть учтено в вынесенном арбитражем решении.

Выявив вину конкретного работника, арбитраж обычно и не ставит перед собой вопроса о вине администрации. Так, в деле по иску Ленинградского химико-фармацевтического завода № 1 к тресту Ленавтогруз вина ответчика выразилась в том, что его шофер, доставляя из Москвы марлю для истца, погрузил ее на загрязненную автомашину и тем привел марлю в состояние полной негодности, что вызвало причинение заводу убытков в размере стоимости 34 000 метров марли. Ответчик не был виновен в выборе шофера, который обладал достаточной квалификацией, и не мог во время поездки осуществлять надзор за ним. Но ответчик, бесспорно, виновен, и эта виновность выразилась в вине его работника, а потому и иск был удовлетворен Ленинградским городским арбитражем в полной сумме.

Следует вообще заметить, что конструкция вины в выборе работника и в надзоре за ним рассчитана главным образом на деликтную ответственность юридических лиц, хотя и в этой области она лишена практического смысла. Что же касается ответственности договорной, то ее, по существу, и не имели в виду сторонники названной конструкции. Между тем задача заключается в том, чтобы разработать общие принципы ответственности юридических лиц, независимо от того, в какой сфере гражданских правоотношений они выступают. Ответ на такой более общий вопрос дается Р. О. Халфиной в тезисах доклада, сделанного ею в 1949 г. в Институте права АН СССР. «Понятие собственной вины юридического лица, – говорится в тезисах, – неразрывно связано с организацией деятельности последнего… Положительной обязанностью юридического лица является надлежащая организация его деятельности, исключающая неправомерное причинение вреда другим лицам. Невыполнение этой обязанности составляет собственную вину юридического лица».[270]

В этом высказывании обращает на себя внимание, прежде всего, проводимое автором отождествление неправомерности поведения с виною: раз не выполнена обязанность по обеспечению надлежащей организации деятельности юридического лица, значит оно виновно, или, иначе говоря, если совершено противоправное действие, то значит имеется и вина. Но это равносильно вообще отрицанию за виною какого бы то ни было практического значения, равносильно превращению вины в момент чисто формального характера. Кроме того, подобный взгляд на вину юридических лиц не укладывается в рамки ни одного из числа общих определений вины, выдвинутых в советской литературе, ибо какие бы разнообразные теории вины различными авторами ни предлагались, все они признают, что вина есть, в первую очередь, психическое отношение лица к его неправомерному поведению. В противоположность этому, Р. О. Халфина считает, что вина юридического лица – это и есть самое неправомерное поведение определенного круга его работников.

Правда, в дальнейшем автор указывает: «Организация деятельности юридического лица осуществляется как его органами, так и отдельными рабочими и служащими в пределах их компетенции… Если при наличии надлежащей деятельности юридического лица вред причинен в результате неправомерного поведения конкретного исполнителя, вина этого исполнителя является его индивидуальной виной и не может служить основанием для ответственности юридического лица».[271]