Избранные труды. Том I

Переходя к характеристике гражданского правоотношения, О. С. Иоффе отмечает, что общественное отношение, принимая правовую форму, становится не вообще правоотношением, а отношением, регулируемым определенной отраслью права. Поэтому, «наряду с общими признаками всякого правоотношения, последнее приобретает ряд специфических черт, предопределяемых характером той отрасли права, к сфере регулирования которой оно относится. Такими специфическими чертами обладает и гражданское правоотношение, которые и должны быть выявлены для того, чтобы из целой совокупности самых разнообразных правовых связей выделить отношения, регулируемые нормами гражданского права».[7]

Определяя особенности гражданского правоотношения, основное внимание автор уделяет разграничению отношений гражданского и административного права, поскольку «иногда одни и те же общественные отношения могут оформляться как по типу гражданских, так и по типу административных правоотношений»[8]. О. С. Иоффе отмечает, что для решения этого вопроса имеет значение не только изучение предмета, но и анализ метода гражданско-правового регулирования. «Предмет является решающим фактором, поскольку он в конечном счете определяет и характер метода правового регулирования»[9]

. При этом автор особо подчеркивает весьма важную мысль, заключающуюся в том, что необходимо «установить объективные причины и факторы, в силу которых одни общественные отношения строятся по гражданско-правовому, тогда как другие виды таких же отношений (а на различных исторических этапах – одни и те же общественные отношения) строятся по административно-правовому типу»[10].

В результате исследования указанной проблемы О. С. Иоффе делает вывод о том, что «правовой метод, устанавливаемый государством для регулирования определенной совокупности общественных отношений, предопределяется не только предметом регулирования, но и совокупностью всех материальных потребностей общества, вырастающих из материальных условий его жизни. Предмет регулирования определяет границы выбора между объективно и абстрактно применимыми к нему правовыми методами. В зависимости от характера предмета эти границы могут быть и более широкими и более узкими, заключая в себе несколько возможных или единственно возможный правовой метод. Совокупность всех материальных протребностей общества, вырастающих из материальных условий его жизни, определяет выбор и закрепление конкретного

метода правового регулирования из числа тех правовых методов, возможность применения которых к данным общественным отношениям допускается в силу характера самих этих отношений»[11]. Являясь имущественными отношениями, а также отношениями, связанными с личными неимущественными правами граждан, гражданские правоотношения отличаются от административных правоотношений: «а) по общему характеру построения (отношения равенства; отношения власти и подчинения), б) по субъектному составу

(отношения с органом, осуществляющим хозяйственную функцию; отношения с органом, осуществляющим функцию организации и управления), в) по объекту (правоотношения, связанные с хозяйственной деятельностью данного органа; правоотношения, связанные с его организационно-управленческой деятельностью), г) по объему правомочий и обязанностей (обязанность, соответствующая правомочию как притязанию; обязанность, соответствующая правомочию как велению)»[12]

.

Переходя к исследованию содержания гражданского правоотношения, О. С. Иоффе замечает, что правовое отношение как общественное отношение особого рода обнаруживает себя прежде всего в том, что его участники выступают в качестве носителей прав и обязанностей, и если в этом состоит специфика правового отношения, то, по-видимому, и его содержание находится в непосредственной связи с характером и содержанием правомочий и обязанностей его участников. Специфику содержания субъективного права автор видит не в дозволенности действий, не в праве на свои собственные действия (как С. Н. Братусь[13]), а в возможности этих действий, возникающей вследствие обеспечения определенного поведения обязанных лиц. Соответственно, правовая обязанность является средством обеспечения такого поведения ее носителя, в котором нуждается управомоченный и которое государство признает обязательным.

О. С. Иоффе, полемизируя с М. М. Агарковым, понимающим под содержанием правоотношения не права и обязанности, а поведение обязанного лица[14], отмечает: «…содержание правоотношения уже потому нельзя сводить к действиям обязанного лица, что моменты реального совершения этих действий и возникновения самого правоотношения во времени не совпадают… Одновременно с правоотношением возникает не самое поведение обязанного лица, а лишь юридическое средство обеспечения такого поведения – субъективное право и правовая обязанность»[15].