Изнанка российско-украинского конфликта, или Как поссорились соседи

Ну хорошо, обмишурились, понадеялись на честные глаза западных переговорщиков, а все оказалось, как в романах Ильфа и Петрова. Но тогда, казалось бы, обратись к парламенту, сделай подробный аналитический доклад и призови депутатов обсудить ситуацию, чтобы совместно выработать линию поведения. В таком положении нужно обязательно делить ответственность. А получилось так, будто Янукович принял решение о приостановке подписания документа под давлением Путина. Это возмутило общественность, и начался протестный майдан. И начался справедливо, раз правитель захотел сделать непонятное дело за спиной народа.

Когда волнения набрали обороты и ход событий вышел из-под контроля, оставалось лишь одно — проведение досрочных выборов, которые можно было совместить с референдумом об ассоциации с Евросоюзом. Ведь уже в декабре стало ясно — мятеж всерьез.

В конце концов Янукович сумел переложить ответственность. Только не на парламент и не на народ, если бы состоялся референдум, а на делегацию Евросоюза, с которой подписал соглашение об урегулировании политического конфликта. 21 февраля подписал, а ночью бежал из столицы. Выглядело это так, будто министры ЕС, как настоящие мафиози, приехали, вынудили подписать «маляву» для своего прикрытия, после чего сказали контрагенту: «Из уважения к былому, амиго, даем пять минут. После чего стреляем на поражение. Беги!» И Янукович, петляя, побежал. Сначала в Донецк, оттуда в Крым, из Крыма к другу в Ростов-папу. Получилось, бесспорно, эффектно, драматично, чуть по-голливудски, но с очередным доказательством того, что Янукович — нерасчетливый политик. Или наоборот, решил схитрить, чтобы сделать переход власти неконституционным и на этом сыграть в будущем? Поди угадай… Он, во всяком случае, не угадал.

Показательно, что в подписанном с евроминистрами соглашении определялись сроки досрочных президентских выборов — не позднее декабря 2014 года.

Во-первых, это был слишком поздний срок. В разгар столь острого кризиса, подобно воспалению аппендикса, время играло ключевую роль. Выборы надо было назначать максимум через два месяца. Или он боялся проиграть? Но разве проиграть выборы с перспективой выиграть следующие не лучший вариант, чем быть свергнутым и стать беженцем?

Во-вторых, объявить о досрочных выборах должен был сам Янукович без давления извне, и самое позднее в январе, сыграв роль мудрого отца нации, готового положиться на мнение народа, уверенного, что тот поддержит его в трудную минуту против смутьянов. Именно так поступил Ельцин в 1993 году и психологически выиграл битву у мятежного Верховного совета. Но Янукович проиграл позорно и вчистую.

Пророческим оказался вопрос Януковичу как кандидату в президенты, который задал журналист украинской газеты «Сегодня» Александр Чаленко в программе «Большая политика с Евгением Киселевым» 23 октября 2009 года: «Вы человек, который отличается тем, что в 2004 году без боя сдали свою победу, в 2007 году вы победили практически, но сдались без боя. То есть вы в таких ситуациях ведете себя как афонский старец, толстовец, непротивленец злу насилием, а мы хотели бы, чтобы вы вели себя как мужик. Если вы победите (на выборах), а Юлия Владимировна (Тимошенко) с этим не согласится, устроит майдан, вы победу удержите, вы это нам гарантируете?»

Кандидат в президенты отвечал долго, витиевато, но, как оказалось, настоящий ответ приберегал для настоящего майдана. И ответ был отрицательным.