Изобретатель красной машины (СИ)

Нина. - Ничего. У меня отец в Епифани, недалеко от вас, главврачом работал. Так что со мной с епифанской можно. Но с Анатолием Владимировичем.

Гусев. - Понял... По-московски надо. Пружинисто.

Нина. - Как то так.

Гусев. - Понял. Буду эту линию держать. Хрен меня кто собьет. Ой.

Нина. - О-ё-ё-ёй, Иван Савельевич.

Слышно как открывается дверь.

Нина. - Банку давайте.

Голос Тарасова. - Нина.

Нина. - Сидите здесь, Иван Савельевич.

Инт. Прихожая квартиры Тарасовых. Тарасов и Нина.

Нина. - Тут земляк мой приехал. С тобой хочет поговорить.

Тарасов. - О чем это?

Нина. - О чем? О хоккее твоем, конечно. О чем с тобой еще можно говорить.

Инт. Гусев и Тарасов.

Гусев. - Я как узнал, что вы из Канады вернулись, так сразу к вам и рванул, товарищ Тарасов. Ик.

Тарасов. - Ты чего икаешь, Иван Савельевич.

Гусев. - Так это... Ик. Долго ехал. А эта проводница. Ик. Но доехал. Ик.

Тарасов.- И правильно сделал. Так говоришь, у тебя в Шувалово все играют?

Гусев. - Как лед на реке станет. Всех гоню. Ик. От первого до десятого класса. Ик. Попробуй кто. Ик. Вот бы сельские команды к Золотой Шайбе приобщить.

Тарасов. - Дело. А поехали. У меня как раз между сборами окно в два-три дня образовалось.

Гусев. - Куда это?

Тарасов. - Да к тебе в Шувалово, чудак человек.

Гусев. - Ко мне?

Инт. Тарасов выглядывает в прихожую.

Тарасов. - Нина. Воды.

Нина. - Что такое?

Тарасов. - Не знаю. Разыкался чего-то. От радости что ли?

Брежнев.

Экст. Перед стадионом динамо болельщики дожидаются автобуса с командой ЦСКА. Среди них "блаженная Машка" - самая преданная и верная болельщица. С плакатом под мышкой. Подъезжает автобус. Все оживают. Машка разворачивает плакат. На нем крупно: МОЛОДЦЫ и большая корявая ракета. Из автобуса хоккеисты проходят по "живому" коридору. Им жмут руки, хлопают по плечу. Они перешучиваются с хоккеистами. На ступеньках автобуса появляется Тарасов. Сзади него Романцов.

Романцов. - Анатолий Владимирович, Колыванов травмирован. На все тройки защитников не хватит.

Тарасов. - Разберемся.

Романцов. - Зря вы так, Анатолий Владимирович.

Тарасов. - Зря ты Арагви с катком перепутал, Романцов.

Романцов. - Я за ребят волнуюсь. Тяжело им будет.

Тарасов. - Им? Будет. Вот тогда ты им в глаза посмотришь. Если совести хватит.

Романцов. - Я же готов. Хоть сейчас. Только скажите. На крыльях летать буду. Пахать как трактор.

Тарасов. - Раньше, раньше, Романцов. Теперь мне твои слезы, что Гагарину мопед. Разве, что посмеяться. Здравствуйте, товарищи.